Я ошеломленно моргнула. Ну и дети пошли, однако.
— И где ты его отыскала?
— Объявление в Интернете, — пожала плечами Кира. — Встретилась, рассказала суть задачи. Внесла аванс.
— И? Ты что-нибудь узнала? Сыщик отчитался?
— Через день после того, как я его наняла, Альбина умерла, — ответила Кира. — И слежка потеряла смысл. Какая уже разница, изменяла она папе или нет? Она ведь погибла.
Трясясь от волнения, я схватила Киру за руку.
— Можешь дать мне номер этого детектива?
— Да. Но сразу говорю — я внесла только аванс. Потом позвонила и отменила все. А зачем он тебе?
— Он мог видеть что-то подозрительное, если следил за Альбиной. Черт, да он же должен был следить за ней в тот день, когда она погибла! — разволновавшись, я вскочила со стула. — Кира, почему ты молчала об этом?
— А кому я должна была сказать? — поразилась она.
— Хотя бы брату! Клим, между прочим, тоже пытается выяснить, кто убил Альбину.
— Да я даже не знала, что ее убили, — всплеснула руками Кира. — И уж тем более, что Клим ищет убийцу! Дай свой номер, я тебе скину контакты детектива.
Я продиктовала цифры, и через секунду мой телефон тихо звякнул, оповещая о входящем сообщении.
— Детектива зовут Егор Тронин, — сказала Кира, поднимаясь.
Дверь в гостиную открылась, и оттуда выглянула Алла.
— Лиза, вы уже уходите?
— Да, мне пора. Спасибо большое. Пока, Кира. Ты очень помогла.
— Да не за что, — махнула рукой девица. — Мам, я еще немножечко посплю.
Проводив взглядом дочь, Алла нервно поинтересовалась:
— Лиза, вы же понимаете, что я вынуждена рассказать сыну о вашем визите?
Я кивнула.
— Конечно. Рассказывайте.
— А вы что, поругались?
— Немного повздорили.
— Надеюсь, ничего серьезного? — осведомилась Алла, застыв в прихожей, пока я обувалась. — Мой сын иногда слишком упрям…
— Все в порядке, — успокоила я ее, не желая вываливать на Аллу подробности. Та с облегчением вздохнула:
— Ну, хорошо. Знаете, Лиза, перед первым вашим визитом сын позвонил мне, и предупредил, что сейчас подойдет девушка, которая ему очень нравится. Попросил рассказать вам все, что я знаю об Альбине. А я спросила: это что-то серьезное? Или так, мимолетная симпатия? Знаете, что он ответил?
Я молча уставилась на Аллу. Она что, издевается?
— Он сказал мне, чтобы я отнеслась к вам как к его невесте, — рассмеялась Алла. — Я, конечно, даже испугалась сначала. Но вы мне очень понравились, Лиза. Думаю, что мой сын не ошибся в выборе.
«Вот только мне он об этом сказать забыл» — подумала я, кисло улыбаясь. Попрощавшись с Аллой, я села в машину и поехала в сторону больницы, собираясь навестить Раису Степановну.
Глава 52
По дороге я позвонила Егору Тронину, который, по словам Киры, должен был следить за Альбиной. Трубку долго никто не брал, и я с досадой решила, что связаться с детективом не получится, как приятный мужской голос, запыхаясь, сказал:
— Здравствуйте. Тронин слушает.
— Добрый день, — воскликнула я. — Меня зовут Лиза.
— Очень приятно, Елизавета. Чем я могу вам помочь?
— Вы ведь частный детектив? Я бы хотела поговорить с вами лично. У меня очень деликатное дело…
— Понял, — перебил меня Тронин. — Подъезжайте ко мне в офис. Часа через два вас устроит?
— Да, конечно.
— Тогда жду, — Тронин продиктовал адрес и отключился.
Порадовавшись, что с детективом так удачно сложилось, я заехала за кофе, и, потягивая ароматный напиток, доехала до больницы. На этот раз с пустыми руками — привозить тортики тому, кто может быть виновен в нападении, мне не хотелось.
Раиса Степановна моему визиту удивилась, и совсем не обрадовалась. Отложив в сторону журнал, она уставилась на меня с немым вопросом в глазах.
— Здравствуйте, — я лучезарно улыбнулась. — Как ваше самочувствие?
— Завтра выписывают, все хорошо.
— Отлично, — я улыбнулась еще шире и присела на стул возле кровати. Раиса Степановна с тревогой следила за моим перемещением, и, наконец, не выдержала:
— Вы что-то хотели, Лиза?
— Да, — не стала я лукавить. — Я хотела поговорить о вашем сыне, Антоне.
Раиса Степановна побледнела.
— В прошлую нашу беседу вы уверяли, что Антон — хороший мальчик, а Кристина — сошедшая с ума от любви малолетка. Верно? Но, как выяснилось, рыльце у вашего мальчика тоже в пушку.
— Я… Я не понимаю, о чем вы говорите.
Раиса Степановна сжала ладонь, комкая простынь в кулаке. Я печально вздохнула, и с грустью сообщила ей: