Вокруг все сияло, как в сказке. Розовато-лиловые стены, светясь, переливались, и неуловимо менялись. Видимо, они очутились в каком-то помещении, но в весьма странном, непохожем ни на один дворец. Божественный чертог и должен быть великолепным, но все же она представляла жилище князя более мрачным.
Князь стоял рядом и торжествующе улыбался:
— Мой дом — твой дом, — вкрадчиво произнес он.
— Только на месяц, — упрямо ответила она.
Он снова открыл белоснежные зубы в заразительной улыбке, словно смеясь над ее наивностью.
— Уверен, ты захочешь остаться. Ведь здесь нельзя этого не захотеть, такова природа моего дома. Правда, великолепно? — он обвел рукой зал, и его стены словно растворились, превратившись в прекрасный сад, достойный самой богини леса.
И если первые слова князя насторожили ее, то зрелище привело в восторг, заставивший в восхищении шагнуть на одну из белоснежных дорожек. Мелкие камушки шуршали под ногами и словно заманивали идти дальше. Вьющиеся растения с крупными розовыми бутонами плотно обвивали невидимые столбы и уходили куда-то в высь, в черноту, которая не была похожа на небо, но и потолком не являлась. Было светло, как днем. Кругом журчали ручьи, пели диковинные птицы. Кое-где из-под земли били фонтаны. Она вдохнула ароматную свежесть этого места и почувствовала, что помимо воли расслабляется.
— Только я могу дать тебе покой. Только я пойму все, что с тобой было и никогда не буду тебя осуждать. Ты здесь своя.
Вдруг по соседней тропинке пробежала стайка красивых девушек. Смеясь и кланяясь князю, они пронеслись дальше, бросая на Сапфиру странные взгляды.
Девушка удивленно обернулась к мужчине.
— Зачем я тебе, князь? Они намного красивей меня и ярче. И готовы всегда быть с тобой.
Он поправил прядь ее волос, мечтательно прикрыв глаза.
— В них нет света. Ты, как мечта, как моя самая сокровенная мечта. Я хочу тебя так, как никогда не хотел ни одну из них. А сейчас я хочу, чтобы ты называла меня Рэем. К чему эти церемонии, моя принцесса.
И подхватив ее под локоток, он направил девушку в сторону беседки, которая, казалось, состояла сплошь из растений.
— Ты ведь голодна, любовь моя, — она решила проигнорировать подобное обращение и только кивнула в ответ, поняв, что в беседке накрыт стол.
Он галантно выдвинул для нее стул с причудливо изогнутой спинкой и занял свое место с другой стороны небольшого стола. Ей вдруг стало неловко от несуразности своего внешнего вида, так неподходящего к окружающему великолепию.
— О, прости, — он отложил в сторону белоснежную салфетку, на лице его появилось смущение. — Мы не одеты для трапезы.
Щелчок пальцами — и она с удивлением оглядывает голубое платье с золотистой вышивкой по подолу и рукавам. И очень откровенный вырез на груди. Машинально Сапфира прикрыла руками выставленные на обозрение прелести и запылала от стыда под томным взглядом темного божества. Сам он оказался одетым в белоснежную рубашку свободного покроя. Сапфира надеялась, что стол скрывал достаточно пристойный вид, в чем она и убедилась, когда Рей поднялся для того, чтобы зажечь свечи в высоких канделябрах.
Она с удивлением взглянула на оказавшийся перед ней золотистый бокал с янтарного цвета жидкостью.
— Освежающий напиток, — равнодушно бросил князь, отпивая из такого же бокала.
Сапфира нерешительно глотнула и едва не застонала от нахлынувших вкусовых ощущений. Это было чистое блаженство, приправленное терпкой сладостью. Нечто цветочное и тягучее. Не в силах удержаться, она пила еще и еще, не замечая, что жидкость сама собой появляется снова.
Наконец, напиток был отставлен в сторону, и принцесса подняла на князя сияющие глаза с поволокой. Он хищно улыбнулся, но этот оскал показался ей самым прекрасным из того, что она здесь увидела. С этого момента весь мир казался ей прекрасным. Вокруг громче пели птицы и ярче цвели растения. Сама душа пела и просилась танцевать
В глубине сознания блуждала мысль, что не стоило притрагиваться к здешней пище, но она, действительно, была голодна, а еда — безумно вкусной. Каждый кусочек словно таял во рту.
Князь оказался замечательным собеседником. Он будто выплетал причудливый узор из слов, приправляя его легкими шутками и изысканными комплиментами. Сапфира чувствовала себя легко и много смеялась. Хотелось остаться здесь навсегда, и вообще казалось странным стремиться куда-то еще. Воздух внезапно запел, словно сам по себе и вот Рей уже стоит радом с ней, протягивая большую руку ладонью вверх. Сапфира, почти не задумываясь над тем, что делает, протянула свою маленькую ручку и тут же закружилась в вихре танца.