О Господи, он совершенно невменяем. Он убьет ее, и никто никогда не найдет тело. Никто, кроме Винсента.
— Нет, — снова прошептала она, внутренне проклиная себя за страх и слабость. Он одурманил ее каким-то снадобьем, лишившим ее сил. Силуэт двинулся, Катрин почувствовала чужую руку, проведшую по ее волосам. Она не успела даже отпрянуть — прикосновение было коротким. Потом мужчина исчез из ее поля зрения. Захлопнулась крышка багажника, и толчок отозвался во всем ее теле. Послышался звук удаляющихся шагов.
Что он с ней сделает? Долго ждать ответа не пришлось. Катрин услышала, как скрипнул ручной тормоз, машина чуть дернулась с места и медленно покатилась по склону. Раздался всплеск воды, и внутри у Катрин все похолодело. Нет, ей не почудилось. Она почувствовала, как снизу подступает вода.
Мужчина стоял на берегу. Он слегка вздохнул, когда капот автомобиля скользнул под воду. На миг машина остановилась, и он забеспокоился — вдруг она не уйдет достаточно глубоко под воду, но автомобиль тронулся дальше и замер, лишь когда над поверхностью воды остались крыша и верхняя часть багажника. Ничего, к утру автомобиль увязнет и полностью скроется под водой. Ее никогда не найдут. Этот урод с террасы так и не узнает, куда она подевалась. Мужчина улыбнулся, обхватил себя за плечи и отвернулся от озера. Сзади донесся слабый, ритмичный гул, словно кто-то обессилевшими руками колотил по металлу. — Ох уж эти женщины, никогда не знают, что нужно для их блага. Ничего, больше ей не придется ни о чем беспокоиться. Теперь она будет принадлежать только ему. Ему, и больше никому.
Вода была такая холодная, что Катрин окончательно пришла в себя. Она перекатилась на спину. Приподняла голову над водой и постаралась упереться ногами в крышку багажника. Нет, ничего не выходило! Она не хотела умирать, во всяком случае, таким образом!
Места было недостаточно, чтобы упереться как следует. Надо приподняться на колени, приказала она себе. Багажник был сделан на совесть. Между ним и кабиной водителя была не какая-нибудь картонная перегородка, а сплошной металл. В кабину выбраться не удастся. Катрин заколотила руками по крышке, но почувствовала, что сейчас оглохнет от грохота. Девушка забралась в самый верхний угол, где образовался воздушный карман. Пальцами она вцепилась в край крышки, потом зашарила по дну, пытаясь найти что-нибудь годное для рычага. Нет, в багажнике ничего такого не было. Вокруг царила кромешная тьма. Было тихо, лишь побулькивала вода, проникая в багажник снизу и вытесняя драгоценный воздух. Катрин перестала шарить по полу и вновь заколотила по крышке, утратив всякий контроль над собой. Ей отчаянно, до истерики хотелось выбраться из этого капкана.
Винсент был весь перемазан в глине. В последнем туннеле вода поднялась вышел колен, и теперь сапоги хлюпали при каждом шаге. Стены там были жирными от черной грязи, повсюду торчали ржавые трубы, под ногами сновали крысы и еще какие-то мерзкие твари. Но вот туннель остался позади. Винсент вдохнул чистый ночной воздух, шагнул в темноту и оказался в густых кустах. Катрин была в страшной опасности. Он не позволял себе задумываться об этом. Винсент рывком высвободил плащ, зацепившийся за ветки, и побежал к узкому оврагу. Сапоги загрохотали по граниту. Это была дамба. Ниже, в обрамлении высоких елей, ютилось озеро, совсем маленькое, похожее на пруд. Лес был полон шорохов — там шла своя ночная жизнь. Но до берега еще надо было добраться.
Винсент обежал высокий утес, спрыгнул вниз, потом еще раз, пробрался через заросли кустарника и наконец оказался у склона, спускавшегося к озеру. Повсюду были разбросаны камни, на каждом шагу можно было оступиться. Винсент совсем выбился из сил. Катрин нуждалась в нем, он чувствовал это. Поэтому, едва отдышавшись, Винсент побежал дальше.
Вода остановилась у самых ее ушей. Теперь над поверхностью остались только лицо Катрин и кисть одной руки. Воздуха почти не было, каждый вздох сокращал количество оставшегося кислорода. Я умру, подумала она. Хотела заплакать от отчаяния, но слез не было. Она чувствовала себя смертельно усталой.
— Винсент, — прошептала она.
Винсент остановился так резко, что полы плаща обвились вокруг его ног. Он чуть не упал — совсем выбился из сил. Вокруг было тихо, лишь трещали цикады и квакали лягушки. Озеро было где-то совсем рядом. Винсент прислушался к своему внутреннему чутью. Катрин! Она совсем ослабела. Ее дыхание стало прерывистым, сердце билось еле слышно. Винсент откинул плащ и заковылял дальше.
Тут произошло самое страшное, отчего он лишился последних сил. Едва слышное сердцебиение Катрин внезапно прекратилось. На него навалился ужас утраты, в глазах почернело, Винсент рухнул на колени.