Чувствуя, что все глаза обращены на него, Винслоу тоже почувствовал приступ паники и, как всегда, скрыл свой страх и неуверенность под вспышкой гнева.
— Вытаскивать оттуда по камешку? — переспросил он. — Да к тому времени, когда мы так пробьемся к ним, они уже будут давно мертвы.
— Не говори так! — воскликнула Мэри. — Они не умрут, они смогут продержаться…
Винслоу огляделся вокруг себя, вспоминая свое собственное детство, когда он тоже плевал на предостережения взрослых и играл в Пропасти, и попытался спокойно обдумать ситуацию, понимая, что самым большим врагом для засыпанных в пещере является время. Если они здесь поддадутся панике, Отец и Винсент погибнут.
— Должен быть какой-то другой вход туда, — сказал он, — здесь множество мелких туннелей, впадающих один в другой…
За его спиной раздался звук мелких детских шагав, шлепанье подошв по лужам и частое дыхание, у входа в туннель возникла давка, и сквозь толпу пробрался Киппер, держа в охапке несколько свернутых трубкой карт Отца. Винслоу выхватил карты из его рук.
— Погодите, — пробормотал он и развернул один свиток. Кьюллен поднял повыше свой светильник, а остальные столпились вокруг. — Черт побери, — выругался он и бросил на землю толстый рулон плотной коричневатой бумаги, развернул другой, снова ругнулся, когда плотная бумага сама собой свернулась у него в руках. Где-то должен быть другой вход…
— Его нет… — пролепетал Киппер, по-настоящему испуганный.
— Замолчи, — яростно бросил ему Винслоу, отказываясь признать свое поражение. На его широком лбу выступил пот. — Черт возьми, это тоже не та карта. Должен быть другой план. Может быть, нижнего горизонта… — Он повернулся к подростку. Мэри уже стерла грязь и глину с его одежды там, где Киппер упирался локтями и коленями, протаскивая Эрика по узкому проходу, но грязь покрывала кожу и волосы ребенка, и в свете факелов было видно, как бледно под этой грязью его лицо.
— Беги обратно в комнату Отца и принеси остальные карты. Ты наверняка что-нибудь оставил.
— Я не оставил! — запротестовал Киппер.
— Не смей так говорить со мной, парень! — крикнул на него Винслоу, — Вам много раз запрещали ходить в Пропасть! Ничего бы этого не случилось, если бы вы слушались!
Киппер отвернулся, поджав губы, зная, что он виноват. Будучи старшим среди трех подростков, он не должен был заводить эту игру… а теперь из-за него погибают Винсент и Отец…
— Перестань, Винслоу, — Мэри схватила Киппера за плечо, прежде чем он успел убежать, чтобы скрыть свою досаду и отчаяние, — посмотри, он же себя плохо чувствует.
От стыда Винслоу плотно сжал губы.
— Киппер, извини меня, — сказал он, делая глубокий вдох, чтобы восстановить самообладание. — Я не хотел сказать…
Стоя около Мэри, Киппер поймал его взгляд и кивнул головой.
— Да и все мы виноваты, — сумрачно продолжал Винслоу, — мы должны были давным-давно замуровать эти туннели. — И он снова взглянул вниз на лаз в скальной стенке, который теперь был закупорен, как пробкой, одним большим куском скалы и еще Бог весть сколькими за ним. Он чувствовал, что все вокруг смотрят на него — Мэри, Паскаль, Сара, Бенджамин, Джеми, Кьюллен и все остальные, ожидая его решения. Ожидают, чтобы кто-нибудь принял командование на себя, сказал им, что надо делать, руководил ими — и указал путь к спасению их друзей. Их обычные лидеры, которых сейчас надо было спасать, были погребены за двадцатью футами скального грунта, может быть, ранены — а может быть, и мертвы. Энергия Винслоу, его громкий голос и взрывной темперамент всегда делали его чем-то вроде лидера… довольно хилое оснащение, как он теперь заметил, потому что его единственным качеством лидера, в которое он мог верить, были его большие сильные руки. Это ужаснуло его — но это еще не самое страшное, подумал он, вспомнив борьбу за найденное сокровище, тот хаос, который поднялся, когда двое или трое начали проводить в жизнь свои собственные планы. Их единственная надежда была в скорости, в том, чтобы вложить все силы в единое усилие.
Верно, угрюмо подумал Винслоу. Что ж, если я выбран, то приступим… И он снова обратился лицом к скале, желая, чтобы его страх превратился в ярость, а ярость дала ему силы.
— Но ведь сквозь эту стену не пройти, не правда ли? — спросила Мэри дрожащим от подступающих слез голосом. — Как же нам пробраться…
— Я знаю только один способ пройти сквозь двадцать футов скалы.