– Набери там на быстром наборе, – произносит Максим, отдавая мне свой разблокированный сотовый. – Цифра два. Скажи, где мы и что случилось.
Он не глядя разжимает пальцы и вновь переключается на мужчину.
– Одного урока хватит? – кидает он с холодом. – Или повторить?
Я делаю, как сказал Максим.
Набираю номер, который он назвал, и вскоре слышу длинные гудки.
Один.
Два.
На экране горит лаконичное «Брат».
Видимо, тот самый Вадим Арбатов, о котором с придыханием говорила Ксюша.
– Да, – отзывается серьезный мужской голос.
– Здравствуйте, меня зовут Арина. Максим дал мне телефон…
– Что с ним?
На том конце прорезаются холодно-обреченные интонации. Можно подумать, если в трубке Максима звучит другой голос, это значит, что тот встрял в историю.
Впрочем, это недалеко от истины.
Мы же угодили в аварию, а не в Диснейленд.
– Мы попали в ДТП, – отвечаю, – только что. Травм вроде бы нет, но тут второй водитель буянит. Он на крутой машине…
– Скажи адрес.
– Рядом с «Мармеладом», на светофоре.
– Сейчас к вам подъедут. – Мужчина зажимает динамик ладонью, проходит пара секунд, и он возвращается ко мне: – Макс может взять трубку?
Я выглядываю на улицу, где Максим продолжает успокаивать быкующего мужика.
– Он сейчас немного занят, – бросаю в трубку. – Может, нам лучше вызвать полицию?
– Пара минут, и к вам подъедут. Быстрее полиции. Если переживаешь, заблокируй центральный замок.
– А Максим?
– Что Максим?
– Вдруг его побьют или… – У меня путаются мысли из-за стресса.
– Ты давно его знаешь?
– Нет.
– Понятно, – голос на том конце теплеет. – Не бойся, Максим справится.
Я почему-то киваю. Потом прощаюсь и откладываю сотовый на пассажирское место. Проходят считаные секунды, как к нам подъезжает черный внедорожник. За ним еще один седан, который берет на себя полицейский патруль. Тот случайно оказался рядом.
Я решаю, что теперь можно выйти из машины.
Надо вообще-то посмотреть, что творится сзади. Как сильно мою малышку помяли.
– Черт, – я скорбно выдыхаю, подходя к багажнику.
Он у меня наполовину внутри салона.
Мой компактный седан стал еще компактнее.
Теперь точно не будет проблем с парковкой.
Втиснусь в любой пятачок.
Шутки шутками, но хочется плакать.
– Смотрится скверно, – соглашается Максим, вырастая рядом. – Боюсь, нормально ездить она уже не будет.
– Не надо драматизировать. – Я качаю головой и провожу ладонью по багажнику. – Ее должны починить, я не могу без машины.
Я оглядываюсь на виновника аварии, которого уже оттеснили к его внедорожнику. Он заметно сник и растерял весь гонор, заметив численное и авторитетное превосходство второй стороны.
Не повезло товарищу.
Врезался в старенький седан, а его пассажиром оказался не последний человек в городе.
Прям подстава.
– Тебе нужно показаться врачу. – Я снова смотрю на Максима, который уже наклонился к моей машине и рассматривает ее так, будто действительно держит в знакомых крутых автомехаников. – У тебя кровь, если ты не заметил.
– Я поцарапался об твою куртку, – не оборачиваясь ко мне, отвечает Максим.
Что?
Я опускаю взгляд на свою куртку и понимаю, в чем дело.
Металлические декоративные ремешки.
Наверное, больно.
Если на их язычки налететь со всей силы, то порежешься только так.
– Но к врачу надо, – неожиданно соглашается Максим. – Не мне, а тебе. Ты ударилась головой, сейчас поедем сделаем КТ на всякий случай.
Он оборачивается к немецкому седану с тремя пятерками на номерах и окликает какого-то Лешу.
– Дай ключи, – говорит он ему. – И освободи машину.
– Тебе нельзя за руль, – я вставляю реплику разума.
– Я не бился головой.
– Уверен? – Я смотрю на него с сомнением. – Ты мог не заметить, мог вообще выключиться на пару секунд. Удар был сильным…
Максим рывком приближается, становясь передо мной. А потом подхватывает обе мои ладони и накрывает ими свое лицо. Он уверенно ведет наверх и запускает мои пальцы в свои волосы, не забывая нажимать, чтобы я коснулась теснее.
Прочнее.
Я оказываюсь не готова к такому повороту событий. Поэтому застываю и позволяю ему руководить своими руками. А еще чувствую, как по кончикам пальцев разливается его тепло. У него жестковатые густые волосы, до которых приятно дотрагиваться. И руки у него уверенные, сильные. Такие, какие должны быть у мужчины.