Джиллиан выдавила из себя яркую улыбку. У Брон скрутило живот. Мэр вел себя так, словно это была потрясающая новость, хотя, скорее всего, это был новый и изобретательный способ убить тех, кого презирал Торин. Фейри голодали по всему миру, но Торин, похоже, был больше заинтересован в том, чтобы придумать способы избавиться от своих врагов.
– Конечно, мэр, пожалуйста, добро пожаловать! – Джиллиан пригласила его войти, грациозно проведя рукой по комнате, будто приглашала его во дворец, а не в унылую башню. – А ваша стража?
Миша сморщил нос, словно это было обычным делом – признавать их присутствие.
– Моя стража выполнит свои обязанности. Двое останутся снаружи, а один – в коридоре. Готовить для них чай не нужно.
По плотно сжатому рту стражника Брон поняла, что он с нетерпением ждал, когда его накормят. Похоже, даже стражники жили на пайках. Заметив, что она наблюдала за ним, он натянуто улыбнулся и кивнул. Брон подумала, что он почти разрешил ей не обращать на него внимания.
– Принесу чай, – сказала она, когда Джиллиан проводила мэра в помещение, которое можно было назвать гостиной.
Брон заварила чай и собрала оставшиеся у них хлеб и сыр. Было жаль тратить все это на мэра, который не походил на человека, пропускавшего приемы пищи.
– Как в этом году обстоят дела с урожаем? – поинтересовался Миша у Джиллиан.
– Лучше, чем в прошлом году. Боги благословили нас.
– Король будет рад это услышать. В этом году он просит дополнительно двадцать процентов.
Брон едва не уронила чайник. Дополнительные двадцать процентов после того, как уже забрал половину? Возмутительно!
Реакция Джиллиан была взвешенной.
– Дополнительные двадцать процентов, говорите? Боюсь, в таком случае наши люди будут голодать.
– Не забивайте свою хорошенькую головку, – рассмеялся мэр. – Все будет хорошо. Король объявил о раздаче пайков для всех граждан. И он пересмотрел определение гражданства. Король и королева теперь всегда будут заботиться о сидхе.
Брон налила в кастрюлю горячей воды. Итак, у него получилось. Торин в конце концов объявил, что только сидхе являются истинными Благими. Брауни и тролли, дриады и лепреконы будут объявлены Неблагими и, следовательно, нежелательными. Они не получат никаких пайков. Любая земля, которой они владеют, будет конфискована. У них не будет никакой защиты.
Она прошла мимо стражника в холле. Он не заметил ее, иначе наверняка бы сдержал выражение своего лица. Когда мэр упомянул о том, что нужно избавиться от отбросов общества, лицо стражника стало свирепым, на нем появилось мрачное, мстительное выражение.
Единомышленник?
Брон сомневалась и уж точно не могла подойти к нему и сказать:
«Привет, я та самая мертвая принцесса Благих Фейри. Хочешь устроить переворот?»
Нет уж. Это подпадет под категорию «глупых поступков». Но если стражу мэра удастся склонить на свою сторону, то сейчас самое подходящее время для начала процесса.
Брон одарила стражника самой доброй, по ее мнению, улыбкой на свете и протянула ему бутерброд из мягкого хлеба с пряным сыром.
Взгляд стражника заблестел, но затем мужчина нахмурился.
– Лучше не стоит, мисс.
Он действительно был голоден. И уже не имело значения, на чьей он стороне. Брон сочувствовала этому человеку. Она тоже была голодна. У нее сводило живот, и она молилась о чем угодно, лишь бы прекратилась медленная пытка голодом.
– Пожалуйста. У нас еды более чем достаточно, и мэр ничего не заметит. – Брон сунула бутерброд ему в руку. – Я не смогу улыбаться, если буду знать, что у вас урчит в животе от голода.
Стражник улыбнулся, и выражение его лица смягчилось.
– Благодарю вас, мисс. В городе говорят, что вы и ваша сестра – добрые люди. – Он наклонился и прошептал: – Скажите брауни, чтобы спрятались. Покинули свои дома. Им нужно уйти в подполье. Он придет за ними.
Мужчина тут же выпрямился, его лицо стало красным, как свекла, будто он понял, что совершил государственную измену.
– Благодарю вас, сэр. – Брон кивнула и коснулась его руки.
С колотящимся сердцем она вошла в гостиную и молилась, чтобы не выдать свой гнев.
– А вот и она! – Мэр поднял голову, и в каждой черточке его лица читалось удовлетворение. – Прекрасная Изольда.
Брон была рада, что мужчина не знал ее настоящего имени. Ей было бы неприятно услышать его из его уст. Она поставила поднос на стол, радуясь, что незамужним женщинам положено быть застенчивыми. Он наверняка сочтет очаровательным тот факт, что она не смотрит на него.