Король-воин шлепнул Повелителя леса по плечу.
– Тише. Здесь не место для сарказма. Объясни им, Киан.
Киан посерьезнел.
– Я готов поспорить на все королевство, которого у меня еще нет, что они образовали связь. Сколько им? Тридцать? К тому времени, как нам исполнилось тридцать, мы начали угасать. Эти парни даже не близки к угасанию. Они могущественны. Что случилось с вашей парой?
– Она была заперта в мире Благих, – глубоко вздохнул Лок.
Бек кивнул. Вероятно, он слышал эту историю раньше.
– Она, должно быть, сильная, раз вы все еще чувствуете связь.
– Мы никогда не встречались с ней, но мечтали о ней с детства. – Шим посмотрел на королей Благих.
Благие короли повернулись друг к другу, между ними происходил безмолвный разговор. Лок знал это, потому что то же самое происходило между ним и Шимом. После долгой паузы напряженный Бек посмотрел на Лока.
– Как вы сблизились с женщиной, которую никогда не встречали?
– Я не знаю, как это было у вас двоих, – признался Лок. – Я знаю только, что с тех пор, как я узнал, что означает слово любовь, я полюбил ее. Она приходила ко мне и Шиму каждую ночь.
– В наших снах, – продолжил Шим. – Сначала мы просто играли, потому что были маленькими. Мы не слышали ее. Просто чувствовали. Она говорила. Она много говорила, но мы просто ощущали ее присутствие. Это успокаивало нас каждую ночь, и мы знали, что она – та единственная.
Лок вспомнил те времена. Бронвин уже тогда была для него утешением.
– Мы могли видеть все ее глазами. Она сильный телепат. Иногда Шим ее видит даже днем. Так мы и поняли, кто она и где живет. Когда мы были маленькими, мы видели и чувствовали ее, когда ее эмоции были сильны. Рядом с ее домом протекала река. Полная рыбы. Она плавала со своим братом, а мать наблюдала за ней. Она раздевалась до сорочки и с диким криком бросалась в воду. Плывя по воде, она гадала, где же ее второй брат.
Лок прекрасно понимал, что делал. Он вытягивал ее воспоминания. И приманивал Благих королей. Но он должен был доказать свою правоту, иначе они встанут на сторону его отца. Бронвин нужно было спасти до начала войны.
– Расскажи о ней побольше. – Киан напрягся.
Шим, казалось, понял, что делал Лок.
– Она самое прекрасное создание во всех мирах. Темные волосы и карие глаза. Приятный смех. – Он повернулся к Данте. – Ты дергал ее за косички и называл проказницей.
– Нет… – У Данте отвисла челюсть.
Лок не стал дожидаться дальнейших отрицаний.
– Мы сблизились с ней в ту ночь, когда она умерла. Мы почувствовали это. Шим видел ее смерть.
– Я видел, как она побежала в комнату своей матери. Она была напугана. Я попытался дотянуться до нее, но она получила удар ножом в живот. – Рука Шима потянулась к боку, туда, где нож вонзился в их пару. – Она думала, что умерла, а потом появился ты, Киан. Ты обнял ее. И сказал, что любишь ее. И вот тогда она умерла.
Из глаз Шима потекли слезы. Он чувствовал все еще глубже, потому что находился там, с Бронвин. Лок часто жалел, что его тоже там не было.
Киан покачал головой.
– Она умерла. Брон мертва. Я не смог ее спасти.
– Но мы смогли. – Слова легко слетели с губ Лока.
Благие короли напряженно застыли. Выражения их лиц были совершенно одинаковыми, страдальческими и затравленными, но за всем этим скрывался проблеск надежды.
– Я не верю. – Киан наконец ожил и принялся расхаживать по комнате. Он провел рукой по волосам. – Она была мертва. Я бы не бросил свою сестру. Я бы не оставил ее.
– Я ничего не понимаю. – Его отец выглядел почти таким же виноватым, как и Благие.
У Лока затеплилась надежда, что они в конце концов поверят ему.
– Мы много думали об этом. Мы говорили об этом, расспросили некоторых Фейри, которые знают о связи, и некоторых вампиров, которые понимают, что такое консорты. Они считают, что Бронвин – невероятно сильный телепат. Я знаю, что любой партнер мог бы уравновесить нас, но вы же понимаете, что существует разница между связью и идеальной парой. Ее разум тянулся к нам, даже когда она была ребенком, и она нашла нас. Мы держались за эту связь. Если Брон – телепат, то Шим – реципиент.
Лицо Бека оставалось непроницаемым.
– Давайте примем тот факт, что Брон каким-то образом выжила.
– Она жива, – настаивал Шим.
– Как вам удалось ее спасти? – спросил Данте.
– Я не знаю, – покачал головой Шим. – Все перепуталось. Я помню, как почувствовал, что она умирает, и вцепился в Лока.
Лок не любил вспоминать ту ночь. В его голове это было кошмаром, смесью страха и боли.
– Это был первый раз, когда проявились наши силы.