Карета подъехала ближе, дав им возможность вдоволь полюбоваться всем этим варварским великолепием. Стивен одобрительно присвистнул.
— Похоже, кому-то стоило кругленькой суммы выстроить это чудище! — благоговейно заметил он.
— Не самое удачное вложение капитала, — пробормотала Белль. — Вся эта готика выглядит просто кошмарно, а уж о каких-то пропорциях и говорить не приходится. Просто представить себе невозможно, чтобы кому-нибудь пришло в голову купить это убожество.
— Верно, дорогая. Мне бы точно не пришло, — согласился Стивен.
Миновав небольшой мостик, перекинутый через некое подобие крепостного рва, заросшего зеленой ряской, они оказались на лужайке, сплошь покрытой ковром из маргариток.
— И мне. К счастью, кажется, у Бекки есть племянник, которому и суждено унаследовать это сокровище архитектуры. Впрочем, обратите внимание на изгородь. Недурна, верно? — великодушно признала она, с довольным видом разглядывая великолепную аллею, тянувшуюся вдоль рва и огибавшую дом со всех сторон. — Знаете, Стивен, она напомнила мне одну волшебную сказку об очаровательном создании, жившем среди таких же точно кустов.
— Скорее всего тролль, — хмыкнул Стивен.
Впрочем, вскоре им бросилась в глаза одна деталь, напрочь уничтожившая ауру мрачного великолепия, которая окружала «Камни», — прогнившая дубовая лебедка горделиво торчала из древнего колодца прямо посреди двора, всем своим видом показывая, что в доме все-таки живут.
— Бекки правда писала, что дом довольно уродливый, но такого… — пробормотала Белль. — Интересно, почему им не пришло в голову посадить еще одну горгулью — на самый верх?
— Насколько я понимаю, ваша приятельница привыкла откровенно выражать свое мнение?
— Да, но, видите ли, какая штука… дом на самом деле не ее, а покойного мужа. Так что Бекки вовсе не считает своей обязанностью восторгаться им, тем более на людях.
Белль была известна история старого колодца, выкопанного прямо посреди двора: едва появившись в поместье, Бекки сочла своим долгом подробнейшим образом пересказать старой подруге его историю. А легенда гласила, что один странствующий испанский монах велел владельцу непременно устроить посреди двора колодец или, как он сказал, дому будет угрожать страшная опасность. Владелец «Камней», человек набожный и к тому же суеверный, в страхе перед пророчеством, согласился без малейших колебаний. Колодец вырыли, невзирая на то что это было страшно неудобно и вдобавок некрасиво, а владелец позаботился упомянуть в завещании, чтобы никто из его наследников не смел уничтожать колодец.
И хотя лебедка вскоре сломалась, все последующие владельцы поместья, такие же суеверные и набожные, как и их предок, и пальцем не осмелились тронуть старый колодец. Оставались на прежнем месте и горгульи, хотя много лет спустя и была предпринята стыдливая попытка укрыть их широкой стеной, увенчанной копиями античных скульптур. Правда, мраморные статуи были тут не совсем к месту, к тому же эта колоннада удлиняла дорогу. Было заметно, что у многих мраморных богов явно не хватает конечностей, а основание некоторых статуй изрядно подпорчено, — видимо, кое-кто из возниц, не желая делать крюк, пытался срезать дорогу.
— Забавная история, — пробормотал Стивен, выслушав легенду о колодце. — Еще одно подтверждение того, куда могут завести человека суеверия.
— И к тому же полное отсутствие вкуса, — добавила Белль. — А вся вина лежит на монахе. Сильно подозреваю, что все это неспроста. Наверняка монах просто воспользовался доверчивостью своего хозяина, — жизнерадостно добавила Белль. — Бекки тоже считает, что это уродство, но как только дело доходит до колодца, ее с места не сдвинешь. По-моему, ей не хочется тратить деньги на то, чтобы убрать со двора эту штуку. Так что если она спросит, что вы об этом думаете…
— Совру не моргнув глазом, — торжественно пообещал Стивен.
— Нет. лучше не надо. Тогда Бекки, чего доброго, решит, что вы просто валяете дурака. Нет, лучше просто похвалите сад. Сад она любит до безумия и тратит немало сил на то, чтобы там всегда царил образцовый порядок.
— Как пожелаете, моя радость, — с улыбкой кивнул Стивен. — Сад так сад. Клянусь, моему восторгу просто не будет конца.
Белль подумала про себя, что ей больше всего нравится, когда Стивен такой, как сейчас, — милый и покладистый.
Парадные двери широко распахнулись, и хозяйка дома, одетая в черное и сопровождаемая дворецким и экономкой, выпорхнула на крыльцо, приветствуя приехавших гостей. Не дождавшись, пока карета остановится, Бекки порывисто дернула за ручку дверцы и вспрыгнула на подножку.
— Бекки! Дорогая!
— Белль Лидгейт! — вытаращив от удивления глаза, ахнула Бекки. Однако, быстро придя в себя, она засмеялась от радости и бросилась подруге на шею. — Неужели это и вправду ты?! Я увидела твою карету из окна гостиной и принялась гадать, кому это пришло в голову приехать в гости в такую несусветную рань! Да еще в такой карете! Ей-богу, последний раз я видела нечто подобное во времена своей бабушки.
Расхохотавшись, Белль ждала, пока подруга спустится на землю.
— Если честно, то и я тоже. Зато знаешь, как в ней было тепло и уютно, особенно когда дождь лил как из ведра? За это я решила великодушно простить ее — бедняжка не виновата, что она такая уродина!