Увы, для него она только обуза. Он подобрал ее, как бездомного котенка, которого надо накормить и немного приласкать. Он отвел ее к своим сестрам, научил стрелять из лука и танцевать вальс — все, чтобы помочь ей найти мужа. А она в ответ слишком привязалась к нему.
Но, успокоила она себя, он такой надежный, такой жизнерадостный человек, заботящийся о ней намного больше родного брата.
— По крайней мере, этот красивый зонтик не кончил свои дни в реке, — сказал Ферди, пытаясь утешить ее.
— Я буду выглядеть настоящим пугалом, когда мы будем возвращаться, — заметила она, беспокоясь о том, что может случиться, когда она войдет в дом, как мокрая кошка, если не хуже.
Мальчики быстро поели, и ни у Ферди, ни у Гарриет не было сил попенять им за это. Ферди посмотрел, как дети играют на берегу, не очень близко к воде.
— Вот что, — тихо произнес он, — я пройду до деревни и посмотрю, можно ли найти там шляпку и, возможно, шаль. Если я смогу найти достаточно большую, мы могли бы проскользнуть в дом незамеченными. Или обратиться к Диане или Эмме.
— Они и так столько уже сделали для меня, — возразила Гарриет, вспоминая доброту его сестер.
— Ладно, я посмотрю кругом.
Он встал и пошел к мальчикам сообщить им о своих планах.
Мальчики решили, что они тоже хотят исследовать деревню, и с неисчерпаемой энергией детей, которые ускользнули от надзора няни и находятся со своим любимым дядюшкой, они побежали к мосту, ведущему к деревне на другом берегу реки. Солнце просачивалось сквозь волнуемую ветром листву дуба, тихое журчание воды, текущей мимо этого красивого и уединенного места, успокаивало. Скоро Гарриет уткнулась в одеяло и крепко заснула.
Когда вернулся Ферди, торжественно неся в руках шаль и шляпку, она еще спала и показалась ему очень беззащитной. Ее удивительно темные ресницы веером лежали на покрытой веснушками коже, уголки розовых губ скорбно опустились. Он испытывал искушение поцеловать эти прелестные губы, обычно улыбающиеся, а сейчас застывшие. Потом он вспомнил о своих юных подопечных и о том, что он в некотором роде защитник и покровитель этой молодой женщины.
Не зная, что она спит, мальчики нашли мяч и затеяли шумную возню. Длинные ресницы Гарриет вздрогнули, потом широко распахнулись испуганные зеленые глаза, смотревшие снизу на Ферди с выражением, которое он не смог понять.
— О, я, должно быть, заснула, — смущенно отводя взгляд, сказала она, села, потом заметила его покупки. — Вы что-то нашли!
— Там два шляпных магазинчика, и эта как будто тебе подойдет, — неуверенно проговорил Ферди.
Он извлек шляпку с видом фокусника. Она восторженно заохала над красивой соломенной шляпкой, отделанной зелеными лентами и желтыми розами, настаивая, что сейчас же наденет ее. Когда она улыбнулась ему, очень довольная его сюрпризом, из глубины сумки, зажатой в руке, он вытащил огромную шаль.
Он натолкнулся на небольшой магазинчик, обслуживавший путешественников. В нем продавали сумки, саквояжи, всякие дорожные мелочи и на витрине было несколько шалей. Почему, Ферди не мог понять. Но он был очень рад и сразу купил самую большую. Она была кремового цвета, вышита красивыми розами персикового и светло-розового цвета. На Гарриет шаль должна была смотреться особенно хорошо.
Она встала, рассматривая юбку своего платья, которое съежилось во время высыхания. Пригладив еще влажную ткань, она сказала:
— Могло быть хуже, как мне кажется. Думаю, шаль скроет самое плохое. Спасибо вам огромное, что отыскали ее.
Ферди поднял одеяло с травы. Самое плохое? Почему-то он сомневался, что существует это «самое плохое». Она была феей, и лукавая улыбка, которой она одарила его, неожиданно заставила его пожелать то, что он не сможет иметь.
— Я рада, что сохранился зонтик, — сказала она, поднимая его и крутя за головой.
— Ты прекрасно выглядишь, — не подумав, заметил Ферди.
Она посмотрела на него, потом опустила глаза, залившись ярким румянцем.
— Тебе надо научиться кокетничать! — воскликнул он.
— Я не из тех, кто хлопает ресницами, — парировала она.
— Используй свой зонтик, — ответил Ферди. Он объяснил, что узнал от своих сестер, когда они пытались кокетничать. — Они практиковались на мне. Ты тоже можешь.
С сомнением посмотрев на него, Гарриет попробовала несколько жестов, о которых он упоминал, потом огляделась, затрясла головой и, хохоча, упала на землю.