В этот момент открылась дверь, и на пороге появились незнакомые люди. Ракель закричала, заворачиваясь в простыню, а Ролан так и замер, переводя взгляд с незнакомцев на свою возлюбленную. Внезапная догадка пронзила его мозг. Уж слишком легко отдалась ему донья Ракель, уж слишком хорошо знала она, куда поведет его, и никого из ее родственников не было рядом. Он был слишком занят своими мыслями, чтобы думать о чем-то еще, и так легко попал в ловушку.
Ролан соскочил с кровати, схватившись за шпагу, одновременно наматывая на себя простыню. Одетый как римский сенатор, он стоял со шпагой в одной руке и подушкой в другой, дорого готовый продать свою никчемную жизнь. Она не нужна никому, ни ему самому, ни Диане. Но умирая он захватит с собой в ад нескольких испанцев.
— Положи оружие, Сен-Клер, — сказал тот, кто вошел первым.
Это был человек лет тридцати, настолько похожий на Ракель, что не оставалось сомнений в их родстве.
Ролан крепче сжал эфес шпаги и отпрыгнул в угол, опрокинув перед собой столик.
— Выходите по одному или все вместе, — сказал он по-испански.
Трое протиснулись в комнату из-за спины старшего, и попытались атаковать Ролана, но просчитались. Один из них тут же схватился за руку, полилась кровь. Шпага Ролана тоже окрасилась кровью.
Ракель сидела в постели, черные волосы струились по плечам и белой простыне, которой она прикрылась, лицо ее было искажено страхом. Послышался звук взводимого курка, Ролан тут же отреагировал на него, быстро метнулся к Ракель и обхватил ее рукой за шею. Она закричала, пытаясь вырваться, но Ролан был гораздо сильнее нее.
Соперники его, которых уже насчитывалось человек десять, включая слуг, замерли.
— Чего вы хотите? — Ролан приставил острие шпаги к шее своей любовницы и смотрел на незнакомцев спокойно и бесстрашно. Терять ему было нечего, поэтому он не боялся. Они же боялись, явно боялись того, что он причинит вред Ракель.
Старший отступил и приказал остальным отступить, очистить комнату. Они так и стояли за его спиной, и взгляды их пылали ненавистью.
— Вы обесчестили нашу сестру, граф де Сен-Клер, — старший усмехнулся, — за все надо платить. И за удовольствие подобного рода тоже.
Ролан рассмеялся.
— Ее обесчестил кто-то другой.
— Но застали мы вас.
Повисло молчание. Ролан окончательно понял, что попался, резко протрезвев от этой мысли. Это была игра. Девушка, лишившись девственности, искала того, кого могла бы загнать в ловушку, а загнав, заставить жениться на себе. Ролан много раз слышал об этих историях, и даже однажды принимал участие в подобном, но впервые сам оказался объектом охоты.
— Предлагаю разойтись миром, господа, — Ролан опустил шпагу, — вы в одну сторону, я — в другую.
— Вы обесчестили нашу сестру, граф де Сен-Клер. Сбежать вам не удастся. Поэтому отпустите донью Ракель, бросьте шпагу и оденьтесь. Сегодня вы наш гость, а завтра — наш зять. Мы не хотим портить отношения с вами заранее.
Снова повисло молчание. Потом Ролан отшвырнул Ракель, достаточно небрежно, бросил шпагу и потянулся к своей одежде.
— Я не спросил у доньи Ракель ничего, кроме имени, — он посмотрел на старшего брата, — вы знаете обо мне все, я о вас — ничего.
— Дон Мигель де Сереналис, граф де Мирес, — представился старший с поклоном, — остальные представятся вам во время торжественного ужина. Думаю, что мы успеем хорошо познакомиться с вами, дон Роландо.