Охрана на корабле дона Диего оставляла желать лучшего. Расслабившиеся и соскучившиеся по цивилизации за время ремонта в уединенной бухте, моряки и солдаты пировали в кабаках большого портового города, а те, кто охранял Святую Маргариту, предпочитали спать или играть в кости. Да и чего им было опасаться? Де Мер убрался восвояси, прибрежные воды так и кишели военными судами, и никакие пираты, корсары и разбойники даже не подумали бы о захвате судна.
Ролан усмехнулся, подумав, что мог бы захватить Святую Маргариту в одиночестве. А уж имея под рукой десяток своих волков, он бы перерезал остатки нерадивой команды во главе с нерадивым капитаном, и мог бы увести судно из под самого носа испанского вице короля. Он пожалел, что не сделал этого.
— Кто там? — услышал он сверху.
— К дону Диего, — ответил он по-испански.
Кто-то скинул ему лестницу, и он быстро взобрался на борт.
Корабль был ярко освещен. Ролан осмотрелся. Его портреты, которые были развешаны по городам Испанской Вест-Индии, были только условно похожи на него, поэтому он не сильно рисковал быть узнанным. Те, кто видели его лицо, редко оставались в живых, тем более таких было мало среди испанских солдат. Матрос смотрел на него совершенно спокойно, не подозревая, что за человек только что ступил на палубу его корабля. Он видел просто знатного господина в черном, с красивым волевым лицом и не чувствовал опасности.
— Дон Диего изволили лечь, — сказал матрос, но все же провел гостя к каюте капитана и постучал в дверь.
Через какое-то время дверь открылась.
— Ваша Светлость, к вам с берега изволили явиться, — сказал матрос и куда-то исчез.
Дон Диего вышел из каюты, на ходу накидывая камзол. Он поднял голову и замер, увидев того, кто нарушил его покой. Ролан стоял чуть в стороне, скрестив руки на груди, и спокойно смотрел на него.
— Добрый вечер, дон Диего.
— Граф де Сен-Клер?
— Как видите.
— Как вы оказались здесь?
— Упал с неба.
Тут скрипнула дверь, и Ролан перевел взгляд на того, кто вышел следом за доном Диего. Прямо за его спиной маячила тонкая женская фигурка. Золотые локоны тугими кольцами вились по плечам и скатывались ей за спину. А большие глаза, опушенные длинными ресницами, смотрели прямо на него.
Повисло молчание, нарушаемое только звуками далекого порта, шелестом волн, да где-то хрипло пел песню матрос. Ролан смотрел на Диану, пытаясь побороть накрывшую его волну совершенно бешеной ревности. Одному Богу известно, что делала Диана в каюте капитана с не самым сдержанным, как показал опыт, мужчиной. Ролан закусил губу, потом заставил себя успокоиться. Он поклонился ей, возможно слишком низко.
— Ваш отец сходит с ума от волнения, мадемуазель д’Ажени, — сказал он, делая шаг в ее сторону, — вы достаточно наказали его, поэтому собирайтесь, нужно нагнать Белую Розу.
Диана попятилась.
— Нет.
Их взгляды снова встретились, и она отвела глаза.
— Как вы нашли меня?
— Я уже сказал дону Диего, упал с неба.
Ролан подошел к ней и взял ее за руку. Диана вырвала руку, отступила к двери каюты. Дон Диего тут же метнулся к ней и заслонил ее, встав между ними.
— Я никуда не поеду с вами, месье, — сказала Диана, — я никогда не поеду во Францию.
— Донья Диана едет в Испанию. Со мной, — дон Диего положил руку на эфес шпаги, — вчера корабельный священник обвенчал нас.
Ролан поднял брови, еще не осознавая до конца глубины катастрофы. Но он должен был что-то сделать, чтобы не убить на месте этого влюбленного идиота, женившегося на Клеопатре ради одной ночи с нею. Вместо того, чтобы придушить дона Диего голыми руками, схватить Диану и бежать с ней на Тортю, Ролан отступил на шаг и рассмеялся.
— Вы осознаете, что натворили, дон Диего? — спросил он, — вы осознаете, все последствия ваших действий?
Тот молча кивнул.
— Вы уверены, что достойны были жениться на французской принцессе, убив ее возможность выйти замуж за более достойного человека, обрести богатство, счастье и власть, вместо этого обрекая ее на жизнь жены капитана небольшого военного судна без денег и уверенности в завтрашнем дне? Вряд ли после подобного герцог захочет знать свою дочь и дать за ней приданое.