Диана опустила голову. Но напрасно он думал, что она признала свою вину. Медленно подняв глаза, она подошла к столу, куда слуги недавно поставили поднос с вином и фруктами, окинула его взглядом. Руки ее дрожали, но не от тоски по мужу, а от ненависти к человеку, стоявшему перед ней. Потом она сжала рукой бокал с вином, и резко обернувшись, швырнула его Ролану в лицо. За первым бокалом полетел второй, следом бутылка, блюдо с виноградом, что-то еще.
— Я вас ненавижу! – кричала она, — ненавижу! Уйдите! Я не хочу видеть вас! Больше никогда!
Ролан с трудом увернулся от бутылки, получив бокалом в плечо, потом догнал ее, пытавшуюся спрятаться за столом, и схватил за руки. Он тоже был зол. Ее поступок больно ранил, и он предпочел злость раскаянию, поэтому сжал ее руки так, что Диана закричала от боли и испуга.
— Еще одна такая выходка, и я на самом деле вас отшлепаю, мадам, — сказал он сквозь зубы, — а потом оставлю одну разбираться со всем тем, что вы натворили.
Он кинул ее на кровать, резко повернулся и вышел из каюты.
Диана, больно ударившись о стену головой, дрожала от переполнявших ее эмоций. Слезы боли и ненависти текли по ее лицу. Но даже сейчас она понимала, что лучше терпеть выходки Ролана де Сен-Клер, чем остаться одной в Севилье.
Закрыв глаза и вытерев слезы, она решила, что будет более сдержана с ним до тех самых пор, как увидит своего отца. А уж после отомстит за все унижения. В Париже у нее будет очень много времени.
С тех пор они практически не разговаривали. Ролан привез ее в гостиницу, нанял служанку и оставил одну, объявив, что отправляется в порт в поисках судна во Францию. Он был сдержан с ней, но голос его, с нотками металла, каждую его просьбу превращал в приказ. Диана, не привыкшая к подобному тону, ненавидела его еще больше, и все в ней протестовало против необходимости подчиняться ему. Он же раскаивался в том, что был груб с ней, но слыша ее рыдания в подушку по ночам, и решив, что она оплакивает дона Диего, сходил с ума от ревности к мертвецу, и его желание быть с ней добрее, разбивалось о ее осунувшийся вид и холодный взгляд.
Диана мечтала избавиться от его опеки, ей хотелось немного развеяться, и, первое, что она сделала в Севилье, это нарушила его запрет. Как только Ролан ушел, Диана
взяла служанку и вышла из дома, желая осмотреть город.
Прямым следствием ее поступка были серенады, которые сменяли друг друга практически всю ночь. Диана не спала, изредка выглядывая из-за занавески. Ролан молча бесился у себя в комнате. Через два дня слухи о красавице с золотыми волосами облетели Севилью, и популярность ее стала настолько велика, что молодые кабальеро ждали ее вдоль всей улицы. Диана напугалась, и теперь уже молча слушала все то, что имел ей сказать Ролан де Сен-Клер. Злой и насмешливый, он, казалось, издевался над ней, но ранним утром, когда кабальеро ушли на покой, оставив временно Диану в покое, нанял закрытую карету и вывел закутанную в черный плащ молодую женщину из гостиницы. Диана села с ним в карету, и вся сжалась в комок, боясь, что бегство их было замечено.
Он выбрал дом за городом, на побережье, где дули ветра и лил дождь. Отношения их после истории с кабальеро окончательно испортились, поэтому на приятную беседу с Роланом можно было не рассчитывать, и Диана пряталась в своей комнате. Он все утро отчитывал ее, как девчонку, высмеивая ее поступки, которые привели их в этот домик. Теперь же он куда-то уехал. Наверняка чтобы как можно меньше видеть ее. Ей же приказал сидеть тихо и не дай Боже не выходить из дома.
Как только тучи немного развеялись, и выглянуло солнце, Диана накинула плащ и мантилью и вышла на берег моря, чтобы немного прогуляться, рассудив, что дом стоит в уединенном месте, никого рядом нет, и никто не узнает, что она здесь. Ей было тоскливо сидеть одной в комнате, книги не развлекали ее, а мысли не давали оставаться на месте, требуя движения.
После затяжного дождя погода стояла прекрасная, а природа была тиха и умыта. Привыкшая к относительной свободе, которую предоставил ей отец, Диана не собиралась слушаться непонятно кого. С какой стати он возомнил себя ее опекуном и командует ею? Диана давно вышла из детского возраста, была замужем и овдовела... она вполне могла сама распоряжаться собой!
Море здесь было совсем другое. Не ласковое. Оно отливало серым, пенилось, бурлило, а вода была холодной и недружественной. Купаться в таком море вряд ли захочется.