Сердце его сильно билось, когда он смотрел на Диану, скромно сидящую на скамье рядом с Луизой. Он понимал, что ничего хорошего Диана ему не скажет, но уже то, что она вообще решилась на разговор, было для него сродни чуду. Вот служба закончилась, Диана поднялась с места, а он сам зашёл в один из нефов и прислонился к колонне, стараясь унять нервную дрожь.
Когда в полумраке нефа появилась Диана, он уже справился с собой, но глаза его вспыхнули, когда он поднял взгляд, и не будь так темно, то полностью выдал бы себя перед ней. Да. Она достойна того, чтобы умереть за нее. Одно только то, что она пришла, что стояла рядом, наедине с ним, заставляло сильнее биться его сердце.
— Я пришла не любезничать с вами, — сказала Диана, когда он поклонился.
— А я-то ждал страстных признаний, — усмехнулся он, надевая привычную маску.
Диана сдвинула брови.
— Не паясничайте, Сен-Клер. Вы понимаете, что после вчерашней мерзкой сцены я бы ни за что не стала писать вам, если бы…
— Если бы не боялись, что я проболтаюсь про дона Диего, — он снова усмехнулся. Было грустно и смешно одновременно. Смешно потому, что он в глубине души все же на что-то надеялся, хотя умом понимал, что никакой надежды нет, — можете не переживать, как бы хорошо вы обо мне ни думали, я никому ничего не скажу.
Она молча смотрела на него. Глаза ее, цвета сапфиров, казались ему бездонными.
— А почему я должна хорошо о вас думать? — спросила она.
Он дёрнул плечом и снова усмехнулся, ничего не сказав. Диана вспыхнула.
— Где вы были, Сен-Клер, когда были обязаны сопровождать меня? Вы хоть понимаете, какой опасности подвергли меня, бросив в чужой стране на своего бестолкового слугу? Вы хоть понимаете, что меня могли разоблачить? И меня разоблачили в последний момент, и мне пришлось убить человека! Ваш Морис оставил меня, и я одна добралась до Парижа, одна, почти без денег, и тут никто не хотел меня знать! Как вы оправдаетесь за все это? – она сжала кулаки, щеки ее раскраснелись, а в глазах стояли слезы.
Он снова молчал. Сказать правду он не мог, выкручиваться и врать было бесполезно.
— Вам нечего сказать? – спросила она.
— Нечего.
— Что вы делали, когда я так нуждалась в вашей защите?
Он молчал.
— Вам нечего мне сказать? – повторила она, — вы трус и предатель, вы бросили меня одну, когда должны были защищать! Наверняка нашли красотку, ради которой позабыли долг и честь!
Он закусил губу.
— Вы ни на что не годны, как и ваш слуга, я презираю вас, большего вы не достойны!
Ролан поднял глаза. Буря, бушевавшая в его душе на секунду отразилось во взгляде, и Диана испугалась. Ещё секунда, и он ударит её, как вчера ударил свою сестру. Она отступила на шаг. Он же снова прислонился к колонне, стараясь сдержать эмоции. Рука до боли сжимала рукоять шпаги. Интересно, как изменится ее лицо, если она узнает правду? Какие эмоции она испытает? Жалость? Презрение к его слабости и глупости? Уже близкий к тому, чтобы сознаться во всем, он резко прервал ход собственных мыслей. Она никогда не узнает об этом.
— Как вы думаете, Диана, вы достойны того, чтобы за вас умереть? – медленно проговорил он, озвучивая свои мысли, мучившие его столько дней и одновременно меняя тему.
Диана удивлённо смотрела на него. Весь гнев её вдруг улетучился, осталось только удивление.
— Я… я нет, я этого не хочу.
— Герцог Гренада перед смертью просил передать вам, что вы этого достойны. Это были его последние слова.
Повисло молчание.
— Откуда вы его знаете? – спросила Диана, — или два негодяя издали находят друг друга?
Он вспыхнул, но темнота нефа скрыла это.
— Возможно.
Диана не понимала, рада она этому или нет, она не понимала, что думает Ролан, и зачем он задает ей такие вопросы. Она не хотела, чтобы люди умирали из-за нее, но герцог Гренада был достоин любой кары. Именно ему она днями и ночами желала смерти, сидя в камере в монастыре святого Доминика. Именно на его голову она призывала гнев Господа. Она беспомощно смотрела на Ролана.
— И… как это случилось? Как он умер? — почти прошептала она.
Ролан скривил губы:
— У него остановилось сердце, — ответил он.
— Сердце? Но он был так молод! – растерялась Диана, ожидавшая совсем другого ответа.
Он усмехнулся.
— Иногда такое случается с молодыми людьми, особенно если они опрометчиво приступают к опасным физическим упражнениям.
— Вы не могли бы говорить менее загадочно? – Диана всплеснула руками, — да вы просто уходите от темы! Вы не хотите оправдаться?
— Нет, не хочу.
— А мне вот ужасно хочется ударить вас, но тогда я уподоблюсь вам же. Предателю, трусу и победителю женщин!