— Анри, открой или я высажу дверь!
За дверью было тихо. Эта тишина напугала Ролана больше, чем если бы он услышал звуки драки.
— Морис!
Морис понял его с полуслова. Они вдвоем с разбегу ударились о дверь, но та не поддалась, хотя было слышно, как замок кляцнул о железо. Теперь в комнате послышалась возня, звук передвигаемой мебели. Ролан остановился, соображая, что же делать. Морис, плохой вор, умел открывать только самые простые замки, а замок злосчастной двери не поддавался его неумелым попыткам.
— Давай еще раз попробуем, — сказал Ролан.
Со второй попытки дверь слетела с петли, с третьей Ролан и Морис буквально ввалились в комнату, узрев Анри де Савуара стоящем на табурете, который он поставил на резной столик. Анри сосредоточено прикручивал веревку к крюку для люстры.
Ролан, увидев его живым, резко успокоился. Ужас отступил, и Ролан прислонился к косяку, сложив руки на груди, чувствуя, что ноги не желают больше держать его.
— Слезай, идиот, — сказал он тихо, даже как-то нехотя, — ты не успел.
Анри, казалось, не замечал его, продолжая заниматься своим делом.
— Слезай, я сказал. Иначе я тебя стяну.
Анри слез с табурета на стол, любуясь своей работой. Под потолком болталась отличная крепкая петля.
— Ну и зачем это все? — Ролан подошел к нему и встал рядом, смотря на друга снизу вверх.
— Уходи, — наконец ответил Анри, — ты ничего не видел и не знаешь.
— Я уже все видел и все знаю, — Ролан усмехнулся, — ладно, хватит. Слезай со стола и пригласи меня на бокал вина.
— Я уже выпил достаточно вина. Не мешай мне.
— Ты точно выпил лишнего, если думаешь, что я не буду тебе мешать. Что она сказала тебе?
Анри замер, подняв одну ногу на табурет.
— Она была жестока. Очень жестока, — сказал он, — но совершенно права. Я должен оставить ее. Я не могу оставить ее живым. Поэтому я выполню ее приказ. Но иначе.
— Ты собираешься из-за слов Дианы дАжени лезть в петлю? — Ролан, казалось, был удивлен, — подожди два года. Герцоги смертны, а этот еще и стар. Женишься ты на своей Диане, имей терпение!
Анри смотрел на него, казалось, с сочувствием.
— Вот что значит, никогда не любить, — сказал он, — тебе не понять меня. Уходи. Ты здесь ни причем.
Ролан усмехнулся, с тревогой наблюдая за другом. Анри залез на табурет второй ногой, но тот покачнулся, и Савуар вернул одну ногу на стол. Еще миг и будет поздно. Ролан действовал ни секунды не думая. Он резко выдернул табурет из-под ноги Анри, не ожидая того, что произошло далее. Анри потерял равновесие, вскрикнул, и упал вперед, наотмашь ударившись ребрами о край стола, а потом вместе со столом рухнул на пол.
Ролан бросился к нему, упал на колени. Руки его дрожали, когда он положил пальцы на сонную артерию. Пульс был. Проклиная все на свете, а особенно Диану дАжени, он ударил Анри по щеке, приводя того в сознание.
— Давай же! От этого не умирают!
Анри на самом деле открыл глаза. Попытался сделать вдох, но это удалось ему с огромным трудом. Он застонал от боли, и приложил руки к груди.
Ребра были явно сломаны. Ролан одним движением разорвал на нем рубашку, провел руками по ребрам. Так и есть. Огромный кровопотек расползался по левой стороне груди, ребро не прорвало кожу, но было смещено немного внутрь.
— Теперь тебе вряд ли удастся залезть на табурет на столе. И даже на сам табурет, — зло сказал Ролан, поднимаясь и кивком головы приказывая Морису позвать врача, — приказ Дианы дАжени ты выполнишь совсем другим способом. Провалявшись в кровати пару месяцев.
— Диана де Вермандуа..., — чуть слышно прошептал Анри непослушными губам. Лицо его было бледно, дышал он с трудом и прерывисто.
Ну да. Диана де Вермандуа. Она теперь герцогиня.
...
Передав Анри на руки эскулапам, Ролан вышел в галерею. Ему самому было трудно дышать. Сломанные ребра срастутся, а за это время Анри остынет и немного успокоится. Все лучше, чем эта чертова петля, которую снял Морис и теперь нес в руке, следуя чуть в отдалении.
Ему самому нужно было прийти в себя и отдышаться. Казалось, что ребра сломал он сам. Испугавшись за друга, как никогда в жизни, Ролан прибывал в состоянии, близком к нервному срыву.
Диана де Вермандуа. Звучный титул был ее по праву, но ее новое имя жгло его, как раскаленным железом. Диана де Сен-Клер. Вот ее имя. Диана дЭсте де Сен-Клер. Он закрыл глаза. Это какая-то ужасная ошибка. Диана не может принадлежать никому, только ему самому. Ролан подошел к окну и уперся лбом в холодное стекло. Он утешал своего друга, говоря, что герцоги смертны. Теперь пришел черед утешать этим же себя.