Послышались шаги, и Ролан обернулся. Тут же щеки его вспыхнули, а к горлу подступил такой гнев, какого он не знал с тех самых пор, как запер Гертруду в клетке в Вороновом Гнезде. Его затрясло от одного только вида его красавицы. Ее белое платье, увитое цветами, казалось, светилось в полумраке галереи. Ролан сделал шаг вперед, изо всех сил сдерживая желание наброситься на нее и ударить так, чтобы она отлетела к стене.
— Что вы сказали ему? — спросил он, неожиданно появляясь перед Дианой и сопровождавшей ее Луизой, — что, черт побери вы наговорили Савуару?
Диана остановилась и смотрела на него расширившимися от ужаса глазами. Его бледный и растрепанный вид напугал ее больше, чем грубый тон.
— Мадам де Вермандуа! — ее новое имя жгло ему губы, — вы, притворяющаяся святой, чуть не убили человека!
Диана вздрогнула от ненависти, звучащей в его голосе.
— Что случилось? — вместо нее спросила Луиза, не менее испуганная, чем Диана.
Ролан только теперь, казалось, заметил ее.
— Мадам де Вермандуа оказалась намного более жестока, чем все, кого мне доводилось видеть.
— Вы, Сен-Клер? — Диана подняла брови, — вы обвиняете меня в жестокости?
— Что вы наговорили Анри де Савуару, которого я практически достал из петли?
Лицо ее изменилось и стало серьезным:
— Но... он же ничего с собой не сделал, да? — спросила она испуганно.
— Я пришел во-время.
Диана смотрела на него из-под ресниц, и раздражение его нарастало. Прекрасная, как античная богиня, она стояла перед ним, и была от него настолько далека, насколько это возможно. Их разделяли огромный сапфир на ее тонком пальце, и ее новое имя. Хотя она сама никак не изменилась, теперь она принадлежала другому. Осознание того, что этот немолодой красивый мужчина будет обладать ею, приказывать ей и любить ее по ночам, сводило с ума. Сейчас он прекрасно понимал де Савуара, только в отличии от него не мог позволить себе выдать своих чувств.
— Я..., — Диана закрыла лицо руками, — я не хотела, чтобы он страдал, — сказала она.
— Но при этом вы сознательно обидели его, — прорычал он, схватил ее за руку и резко дернул к себе, — вы просто не понимаете, что творите! Кто дал вам право распоряжаться его жизнью и смертью?
— А кто дал вам право распоряжаться моими жизнью и смертью, кто дал вам право командовать мной? — прошипела Диана, пытаясь вырвать руку.
— Действительно, надо было оставить вас в Лувре, — усмехнулся он, — дожидаться, что будет первым, яд или насилие.
— Вы слишком высокого мнения о себе!
— Зато вы слишком наивны, мадам! Я сделал все, чтобы вы жили. Вы же отправили человека на смерть, даже не задумываясь о смысле собственных слов!
Она снова попыталась вырваться, но ее сопротивление вызвало совсем противоположный эффект. Ролан сжал ее руку еще крепче, а потом, сам ужаснувшись собственному поступку, вдруг притянул ее к себе, и под всхлип Луизы, впился поцелуем в ее губы. Диана попыталась сопротивляться, но он увлек ее в темную нишу, прижал к стене и сжал в объятьях так, что ей стало нечем дышать. Диана пыталась оттолкнуть его, но сил ее было явно недостаточно.
Он отпустил ее так же внезапно, разжал руки и отступил на шаг, от чего Диана чуть не упала.
— Я сегодня же расскажу кардиналу все правду про Вороново Гнездо, — сказала она, пытаясь отдышаться, — я ненавижу вас, я...
— Не утруждайте себя перечислением своих чувств ко мне, мадам, — он скривил губы в усмешке, боясь того, что может случиться в следующий миг. Он совсем потерял контроль над собой и прикрывая ревность злобой, проговорил, — если вы расскажете о Вороновом Гнезде, то от Мазарини не укроются и некоторые детали вашей биографии, мадам.
— Вы не посмеете, — она побледнела.
Ролан сжал губы.
— Посмею.
И он резко развернулся на каблуках и быстро зашагал по галерее. Еще секунда, и он скрылся за поворотом, а Диана все смотрела ему в след, не в силах пошевелиться.
— Я ненавижу его, — сказала она перепуганной Луизе, — как же я ненавижу его!
...
Надеясь, что ему удастся успокоиться, он ушел в дальний конец галереи, где никого никогда не бывало. Но на этот раз он оказался не один.
У окна стояла тонкая фигурка в розовом шелке, светлые волосы, завитые по моде, мягко падали на спину тонкими кольцами. Нелли улыбнулась и посмотрела на него.
— Я рада, что вы пришли, — сказала она, делая шаг навстречу, — вас так давно не было, и мне стало грустно без вас.