Достигнув Кале и сев на коня, приказав матросам ждать дальнейших распоряжений, и взяв с собой только Мориса, он гнал двое суток практически без остановок, и вот уже перед ним высокие башни замка герцога де Вермандуа. Ролан закрыл глаза, моля Небеса, чтобы за это время с Дианой ничего не случилось. Чтобы его помощь оказалась ей не нужна.
Боясь появляться в замке, но желая выяснить обстановку, он написал письмо, с которым отправил в замок Мориса. Сам же остановился в небольшой придорожной таверне, и ходил из угла в угол, ожидая известий.
Известия оказались весьма странными.
Морис вернулся, не сумев вручить Диане письмо. Слуги сказали, что госпожа де Вермандуа никого не принимает, и не желает получать письма. Порасспросив молодого садовника, Морис узнал, что мадам живет в дальней башне, которую покидает достаточно редко, только чтобы принять гостей. Как она выглядит? Мадам недавно потеряла ребенка, она еще не оправилась, и выходит редко. Даже в парке не гуляет, все сидит в библиотеке или в своей комнате, которую герцог приказал оборудовать ей в той же башне.
Ночью Ролан и Морис стояли под указанной башней. Окно было высоко, но Морис, поднаторевший на морях, забросил трос, сильно напоминающий абордажный крюк, и зацепился им за решетку одного из окон. Ролан залез по тросу, встал на бордюр, идущий под окнами. Прошел, прижавшись к стене и цепляясь за ползучие растения, нашел открытое окно.
В замке было тихо. Ролан оказался в маленькой комнатке, видимо будуаре. Он нашел дверь, дернул ее, и вышел в другую комнату, где в темноте как гора возвышалась кровать с балдахином.
Диана не спала. Она приподнялась на подушках, вслушиваясь в темноту. В руке ее был неизменный пистолет. Заметив тень на фоне стены, она привстала и подняла оружие.
— Кто здесь? Выходите!
Ролан поднял руки и вышел к ней. Диана некоторое время вглядывалась в его лицо, а потом вдруг откинула пистолет, соскочила с кровати и бросилась в его объятия.
Мечтая обнять ее почти год, Ролан сжал руками ее тонкий стан, и некоторое время просто стоял так, не отпуская ее, безумно счастливый, что видит ее живой, что держит ее в объятьях, пока Диана не уперлась руками ему в грудь. Он тут же отпустил ее, боясь причинить ей боль.
— Я знала, что вы не бросите меня, — прошептала она, держа его за руки и заглядывая в глаза, — вы мне очень нужны, Ролан. Я должна бежать. И меня не должны найти.
— Что случилось? — видя ее живой и здоровой, он немного успокоился, поэтому никак не ожидал того, что Диана рассказала ему, сильно смущаясь и вытирая слезы.
— После того, как я потеряла ребенка, я имитировала болезнь, — говорила она, рассказав ему все, как было, — Сначала я на самом деле болела, но потом просто лежала, боясь, что они узнают, что я здорова. Я просила перенести мою комнату в эту башню, подальше от их крыла, говоря, что хочу жить рядом с библиотекой. Я устроила засовы на дверях, и без моего ведома никто зайти не может. Я сплю с оружием! Но сейчас прошло уже слишком много времени, и очевидно, что я здорова... Я боюсь, Ролан! Вчера мой муж приходил ко мне, как муж. Один. Мадам не приходила. Но я знаю, что в ближайшие дни они придут оба.
Диана дрожала, и он снова прижал ее к себе. Кровь его кипела от одной мысли, что его Диану обидели, втянули в подобные вещи, могли ударить или грубо обойтись с ней. Он закрыл глаза, проклиная свою беззаботность. Он даже не удосужился проверить, что за человек герцог де Вермандуа, приняв как должное, что он будет хорошим мужем его Диане. Он доверил ее извращенцу, поверив громкому титулу и приятной наружности.
— Простите меня, — прошептал он, — я не мог предположить, что доверяю вас подобному человеку.
Диана резко вскинула голову.
— Это была воля моего отца, — сказала она, — думаю, что он тоже не мог предположить ничего подобного. Вы тут ни при чем.
— Я позволил вам выйти за него. Вместо того, чтобы убить его сразу.
Диана резко подняла голову, посмотрела на него. Увидела жесткую складку губ, горящие глаза и испугалась.
— Я хочу убежать, — сказала она, — меня не выпускают из башни. Я заперла все изнутри, но меня заперли снаружи. И письма мои тоже не отправляют... Вам я успела передать письмо в первый же день, как заболела. Теперь все письма отлавливают и..., — она замолчала, — но я не хочу, чтобы вы убивали его.
Он резко выпустил ее, и Диана от неожиданности чуть не упала. Пройдясь по комнате, он вдруг ударил ногой стоящий рядом с ним стул, от чего стул влетел в стену и с громким треском упал на пол. Диана испуганно попятилась.