- Давай. - Распорядилась командным тоном, кивнув на спиртное.
- Я… я не пью крепки…
- Ничего. Научишься. - Отрезала та, махнув свою дозу не глядя. - Ну что тебе сказать? Если выживешь, считай - защитила диплом. По жизни.
- А?
- Боже… ты ведь такой «одуван» по сути. Он же тебя вы@бет и высушит. - Констатировала, плеснув себе еще.
- Как это..? - Слабеющим голосом просипела Екатерина.
- С огоньком. Молча. Может со стонами. - Эльза выпила снова. - Будем надеяться, что без стека или флогера*.
У Заречной закружилась голова. Неужели никакого другого варианта не существует? Ей нельзя связываться с Крапивиным! Никак нельзя!
- Чего? Какого «снека»? - Переспросила, пытаясь вернуть брови на место. Снек - это ж «закуска» по-английски? Или как там дословно? «Перекус»?
- Ступай, Катюш. Поройся в интернете. Забей в гугл, что такое «верхний и нижняя». Разберешься. Заодно узнаешь много интересного.
У Заречной на такое напутствие отвисла челюсть. После порно-трилогии «Пятьдесят оттенков» - осталась ли еще хоть одна особь женского пола, не узнавшая, что означает: «доминант», «сабмиссив», «стоп-слово»? Вряд ли. А потому, откровенные намеки начальницы совсем не обрадовали. Она что-то знает о шефе? Или это сугубо личные выводы? Жесть какая!
- Вы сейчас серьезно..?
- Шутка, Кать, шутка! - Эльза Муратовна дернула плечами, выдав короткий хрип из-за прорывающегося смеха. - Но то, что он не простой, думаю, ты уже и сама поняла.
- Это да. - Вынуждена была согласиться, бледнея по ходу. - Общаться с ним… сложно. Я его боюсь. - Призналась в итоге.
- Да не дрейфь ты раньше времени. Жестковат он, конечно. Но что-то мне подсказывает, что выбора у тебя все равно нет. Раз уж так настаивает. А с другой стороны - пользуйся моментом. Учись извлекать выгоду. Такими мужиками не разбрасываются.
Екатерина еле успела на лету поймать едва не вырвавшиеся слова. Не нужно ей вот это вот все! Ложиться под первого встречного, пусть и в костюме от Brioni, как бы так культурно выразиться… не комильфо, короче. Зачем подобные телодвижения? Чтобы что? Почувствовать себя не женщиной имеющей собственное достоинство, а бл@дью, движимой низменными инстинктами? Или меркантильных целей ради? Серьезно?!
Вполне возможно, кому-то такой расклад вполне нормален - оторваться с незнакомцем во всех позах. Все зависит от внутренней прошивки.
Для Катерины подобные расклады становились поперек горла. Нет. Гадко. Прости господи - уж лучше вручную. И всякие Крапивины пусть идут лесом. Вместе со своими нимфетками и прочими пристрастиями. Как говорится: флаг в руки и поезд навстречу.
А «Сказка про Золушку» - манящая, сладкая, желанная - остается лишь небылицей для женщины с опытом. Принцев не существует. Мужчины с большой буквы «М» - вымерли давно как мамонты. Какие реверансы, стихи, серенады? Вспоминать «о любимой» годами они могут только при одном условии: «не дала»!
Но основной цимус ситуации состоял даже не во всем вышеперечисленном. Приходилось думать на шаг вперед: Прохор Ильич не обычный госслужащий, и не офисный работник среднего звена. Такие не подпустят к себе, пока не получат полный доклад начиная с группы крови и заканчивая отчетом о том, чем давилась на завтрак!
Мало того. Далеко не факт, что он уже не стал выяснять ее подноготную.
А если докопается?! Господи, спаси и помилуй!
.
Прохор, покачиваясь в кресле и рассматривая лепнину на потолке, вдруг подумал о том, что давно не ходил в баню. Чтоб с вениками и горячим чаем. Выброситься из жара в сугроб, растереть тело снегом до ломоты, заорать в голос от переполнения всех чакр сверх меры! И просто расслабиться. Выходные пролетели словно по щелчку пальцев, а ему так и не удалось отдохнуть нормально.
- Семен Михалыч, здравствуй. - Поздоровался, набрав нужный номер.
- Доброго здоровия, Прохор Ильич.
- А сообрази мне баньку, часам к десяти.
В ответ послышалось пыхтение, после чего последовал вопрос:
- Сам будешь, или..?
- Сам.
- Веники какие брать? Дуб, березу?
- А что есть еще? - Крапивин непроизвольно растянул губы в предвкушающей улыбке.
- Пихта карпатская, липовые есть… дубовые с крапивой.
- Давай с крапивой. - Ответил, сдерживая смех. - И пихту тоже.
Не успел отвлечься, как Екатерина Заречная, дурным наваждением снова проникла в мысли. Ох бы он ее… попарил. И не только веником. Фантазии тут же нарисовали сладкие изгибы фигуры в дымке горячего тумана… Не, ну сдуреть можно! Эта чума, с глазами цвета ртути, напоминала о себе хуже занозы!
Слишком давно Прохор не ощущал ничего подобного. Но, тем не менее, будоражащее раздражение не позволяло ему нырнуть в обольщение. Барышня не из простого десятка. При всей тонкости да ранимости - пошлет в сад без расшаркиваний. Пытаться сломать защиту - это как лбом в стену. Такую не нагнешь играючи. Нужен особый подход или козырь в рукаве. Внутреннее чутье подсказывало, что сия крепость просто так не сдастся.