Не от угощения барышня отказалась, а от знакомства. Крапивин не стал тогда навязываться, чувствуя, как нечто неприятное закопошилось в груди - самолюбие, знаете ли, взыграло. Нет, так нет - желающих забраться к нему в постель хоть отбавляй. А бегать за бабами разучился давно. Пусть выкаблучивается дальше. Оттого и сидит вечером в клубе одна.
Что правду скрывать - Прохор отвык получать от ворот поворот. Поэтому и вспомнил ее сейчас. С тем же не мог не признаться: ему очень понравилась теперешняя реакция Екатерины. Самая первая, когда еще не осмотрелась. Зоический интерес проскочил в первых сцепках взглядами. И не исчез. У него, по крайней мере. Мало того, аккумулировался где-то в глубинах подсознания, просачиваясь наружу.
Катерина же старалась избегать прямого зрительного контакта, окончательно зажавшись во время обеда. Но… влечение нельзя скрыть, какое бы постное выражение лица не строили обе стороны в процессе.
Глаза сами тянулись в ее сторону. Красивая. На его вкус. Притягательная. Разложить бы под собой… и заглянуть в серебристые глаза, добравшись сильным толчком к сердцевине, поймав губами стон или вскрик… Сладкие мысли приятной тяжестью возникшей ниже пояса прервал Андрей, который вышел, отвечая на телефонный звонок, а потом вновь вернулся и застыл на пороге. Уставился молча, поднял руку со смартфоном, давая понять, что есть информация.
Крапивин разблокировал свой айфон и открыл вложение. Новости касались Марианны. Пробежал газами, сдерживая презрительную ухмылку. Ладно, разберется с этим потом. На данный момент его больше интересовала гостья.
Глаза сами возвращались к ней.
Ухоженные руки, тонкие пальцы, красивые скулы, губы правильной формы - не пухлые, но и не узкие. Прикусить бы верхнюю, а потом нижнюю… Ощущая как кровь ударила в спину и ноги, Прохор чуть поменял позу в кресле, сдерживая внутреннее задорное недоумение. Ух ты.
Одна из его бывших краль, любившая черпать знания из гламурных глянцевых изданий, уверяла, что согласно опросам, среднестатистический мужчина о сексе думает раз в пятнадцать минут. Он лишь усмехнулся тогда пренебрежительно. Лет эдак в двадцать - да. Там спермотоксикоз такой, что все заботы сводятся к одному: кому бы присунуть. Но с годами либидо успокаивается. Особенно, если есть чем занять мозги. Секс остается чисто физиологической потребностью, не имея столь значимой роли в жизни. Раз, два в неделю - максимум.
И вот. Появилась фифа, не пойми откуда - явно будущая заноза в заднице, благодаря которой он в своих фантазиях за три часа знакомства уже раз пять ее: разложил, перевернул, прогнул, распял, вылизал… ну и дальше по списку.
Сердце танцевало зажигательное танго.
Как бы подступиться? К этой снежной королеве с холодными глазами? Да так, чтоб не вспугнуть? Стоило подумать. Во-первых - уже отбрыкнулась однажды, а во-вторых - не того покроя она была, чтоб без лишних сантиментов перейти к желаемому. Прохор понимал это столь же ясно, как и то, что… не выпустит Катерину из своих рук.
- Может, тогда бокал вина?
- Вина? - Переспросила, смутившись. - Да. Если… если я не сильно вас… об… обременю. - Заречная то и дело запиналась, давно пожалев о том, что приняла столь опрометчивое решение. Но внезапный погодный апокалипсис не оставил выбора. Мало того - метель не прекращалась. За огромными окнами посерело. Несмотря на обеденное время, складывалось впечатление, будто сумерки наступили раньше положенного.
Послышались шаги. Мерный стук каблучков по дубовому полу.
- Мань, позови Тамару. - Продолжая изучать Сероглазку, распорядился хозяин дома.
Марианна застыла на секунду, после чего, справившись со вспышкой возмущения, вновь отправилась на кухню. Ее буквально заколотило от такого показательного пренебрежения, будто к служанке: принеси-подай-не мешай. В голову закрадывались нехорошие мысли. Не настолько она была тупой, чтоб не понимать простых вещей. Прохор увлекся. Неожиданно нашел новую игрушку. И это было опасно.
С одной стороны - Крапивин как-то странно отреагировал на пресловутые две полоски теста. Был бы против ребенка - сказал бы сразу. Но нет, в клинику на аборт не погнал. Плюс позвал с собой на дачу. Соответственно забрезжила надежда.
С другой - его интерес к дамочке средних лет казался не серьезным, не логичным и вообще удивительным. Глядя на испуганную помятую тетку неопределенного возраста, чувство превосходства затмевало разум. Куда ей тягаться с молодой, упругой во всех местах Мари?