-О БОЖЕ!
Обессиленно упав, Костя несколько минут лежал, не в силах двигаться.
-Я пить хочу, - прошептала Кэт, вылезая из-под любимого.
-Малышка. Что ты творишь? У меня же диабет, мне нельзя столько сладкого…
Целую ночь Костя брал девушку, обучая, расплавляя, растворяясь в ней. Рассудок медленно возвращался, бросая их обоих в дрожь от запретного, сладкого, сносящего крышу секса. Боль в паху током расползалась по ногам, заставляя их дрожать, особенно когда Костя забросил их на плечи. Так глубоко. Так сладко. Так больно. Как воздух, необходимо. Отдавая томлением в груди. И спускаясь обратно в пах. Туда, где собраны все чувства, все ощущения, весь мир для обоих. Вышибая воздух из легких. Невообразимо нежно. Крышесносяще жестко, почти жестоко. Грубо. Нежно. Властно.
-Моя, - рычал Костя прямо в ухо. – Не отпущу.
А в ответ громкий стон. Вскрик. Всхлип. Не существовало ничего. Никого. Пусть хоть инопланетяне с ядерным оружием, хоть наводнение, хоть тайфун. Они не смогли бы оторваться друг от друга. Даже утром, когда закончились действия таблеток.
-Я думал, один раз, два – и мне наскучит… но ты. Я не могу тобой насытится… Хочу тебя снова и снова.
Костя курил прямо в постели, не в силах больше двигаться. Кэт устало хихикнула, отбирая у бойфренда окурок и затягиваясь.
-Эй! – возмутился парень, перекатываясь на нее и выпуская дым в лицо. – Ты дьяволица. Хочу тебя, пиздец.
Облака дыма окутывали их. Глаза в глаза. Душа в душу. Все слова были лишними.
-Светает, - бросил небрежно Костя, тыкаясь ей стояком между ног.
-О мой Бог, Костя, я не могу больше, пощади…
-Я только вставлю… - выдохнул он, целуя Кошку и вдыхая порцию никотина из ее легких. И начиная мучительно медленно, смакуя каждый миллиметр ее вагины, двигаться, сначала войдя на полную длину, до упора, затем полностью выскользнув, затянулся сигаретой. Потом снова очень медленно скользнул внутрь, на этот раз выдохнув дым в ее рот, не отрывая взгляда от влажных глаз, и снова чувственно обратно. Отбросив окурок, переплел пальцы, распяв, обездвижил ее руки.
-Не двигайся, не то отшлепаю и трахну в рот.
-Ты убьешь меня сегодня, - прошептала со стоном Кэт, желая ускорить мучительную пытку и приподнимая бедра, но Дьявол покачал головой.
-Не. – медленный вход до упора, замерев. - Двигайся. – выход обратно невообразимо нежно, заставляя чувствовать каждую венку, каждую неровность, каждый миллиметр. Ноги дрожали мелкой дрожью, жили отдельной жизнью. В глазах темнело, и Кэт закрыла их.
-Смотри на меня.
Вверх. Вниз. Черные, как ночь глаза, в которых за зрачками почти не было видно радужки. Дрожали руки, а сердце колотилось, словно одно на двоих. Шум в ушах. Туда. Вдох. Обратно. Выдох.
-Костя, пожалуйста…
-Что, милая?
-Я сейчас…
Голос дрожал и был, как будто, чужим. Скольжение. Пульсация внутри. Так дико медленно. Словно через девушку пропустили 220 вольт, ею трясло. А этот маньяк продолжал свою изощренную пытку. Скольжение. Кэт чувствовала, как ее смазка, словно водопадом, лилась вниз. Костя потерся о ее грудь своей. Скольжение. Тьма. Сердце остановилось. Дыхание перехватило.
-Смотри на меня.
Не хватало воздуха. Скольженье, медленно, не меняя темпа, не меняя натиска, все также смотря в ее глаза.
-Не двигайся.
Его слова будто сквозь толщу воды. Оргазм? Нет! То, что она испытывала этой ночью раньше, было пылью. Словно она умерла и родилась вновь в одно мгновение. Словно душа улетела в астрал. Не крик. Не хрип. Легкие сдавило спазмом, не давая дышать. Девушка почувствовала каждую нервную клетку в своем теле. Скольжение внутрь – и Костин стон. Живительный гейзер взорвался в ее измученном ожиданием лоне. Не выходя из нее, Костя так и уснул на груди горячей любовницы.
Так ребята уснули, вконец обессиленные. Начиная простым сексом, жестким, животным трахом, двое стали за ночь парой, закончив утром чувственным занятием любовью. Растворившись друг в друге без остатка. Как сахар в чае.