Его ладонь рванула шелковые трусики. Тонкая ткань разорвалась с неприличным звуком. Но не тем, который надо…
– Влад, стой! – Тася попыталась вырваться.
Тщетно. Его тело придавило ее еще сильнее, пальцы впились в запястья с такой силой, что казалось, еще секунда – и затрещат кости.
– Заткнись. – Его голос стал нарочито мягким и от этого еще более страшным. – Вот сейчас просто заткнись, сука. Я сделаю с тобой все, что захочу! Поняла? А ты будешь меня принимать и молить о продолжении…
Боль, стыд, отвращение – все смешалось в один клубок где-то под грудью. И она с ним жила?.. Вот с этим?..
Тася зажмурилась. Сильно-сильно. А потом распахнула глаза…
Она солнечная девочка! И хрен она позволит одному уроду сломать ее!
Она выбросила руку в сторону, благо он ее освободил. Ее пальцы нащупали на прикроватной тумбочке холодное стекло, старинную лампу с розовым абажуром. Сколько Тася себя помнила, эта лампа всегда стояла у бабушки на тумбочке.
Недолго думая, Тася вцепилась в нее, потянула на себя и в следующее мгновение опустила на голову Влада.
В голове зазвенело.
Уже позже Тася вспомнит, что, кажется, еще слышала хруст разбиваемого стекла.
Но это было не точно…
Влад замер на мгновение, стал еще тяжелее.
– Су-ука…
Даже в эти мгновения он унижал ее!
Тася отчаянно всматривалась в темноту. Свет от уличного фонаря не давал нужного освещения! Но почему-то девушке казалось, что она видит, как темная кровь медленно потекла по виску Влада.
Он сделал неуверенное движение рукой, словно пытаясь что-то сказать, но вместо слов из его рта вырвался лишь бессмысленный стон.
А потом он начал заваливаться набок, и вся его мощная фигура рухнула на пол с глухим стуком.
Далее последовала оглушительная тишина. Лишь шум в ушах Таси нарастал.
Она осторожно села, продолжая сжимать в руке оставшийся от лампы металлический каркас. Ее дыхание было таким громким, что заглушало все остальные звуки.
– Влад? – тихо позвала она.
В ответ ничего.
Ничегошеньки!
Тася подорвалась, соскочила с кровати. В нос ударил непривычный запах металла.
Кровь.
Боже…
Она же не убила его? Правда же…
Она просто ударила его по голове!
Тася грохнулась на колени рядом с телом мужа.
– Сукин ты сын… Только попробуй мне тут сдохнуть…
Она не то заплакала, не то всхлипнула. Сердце бешено билось о ребра. Судорожно дыша, дрожащими пальцами Тася дотронулась до шеи Влада.
Пульс был. Слабый, но ощутимо прощупывающийся.
Слава богу…
Он был жив.
Только без сознания.
Тася отпрянула, внезапно осознав весь ужас ситуации. Она сидела на полу посреди своей спальни, в разорванной одежде, а на полу лежал ее бывший муж.
Опять же действуя на чистых инстинктах, она отползла от Влада и вжалась спиной в стену.
Так…
Так…
И что дальше?
Тася зажала рот ладонью.
Сидела она недолго. Минуту, может, две. А может, и меньше.
Потом вскочила на ноги и понеслась к коридору. Дрожащими не слушающимися руками кое-как открыла задвижку на двери и едва не промахнулась мимо ступени. В последний момент Тася ухватилась за стену. Фееричный был бы финал, если бы она кубарем скатилась вниз.
Босые ноги скользили по мокрой траве. Тася неслась по темной тропинке. В груди кололо, а в ушах стоял гул собственного бешеного сердцебиения.
Дом Владимира был бесконечно далеко! Но вот и высокий забор, массивные ворота с кованой калиткой, на которой красовался современный домофон с камерой.
Она врезалась в металл всей тяжестью тела, пальцы судорожно нащупали кнопку вызова.
– Владимир! – Ее голос сорвался на хриплый шепот. – Пожалуйста...
Нажала еще раз, третий.
– Вов… Помоги… Пожалуйста…
Она не замечала, как все давила и давила на кнопку.
Камера над домофоном тихо жужжала, поворачиваясь в ее сторону.
Прошло три мучительных секунды, и калитка с глухим щелчком открылась сама.
Тася влетела внутрь двора. Одновременно с ней распахнулась входная дверь дома, и на крыльцо поспешно выбежал Володя.
Босой, в мятых тренировочных штанах, он на ходу натягивал футболку.
– Таська!
Кто до кого быстрее добежал, непонятно.
Главное, она оказалась в его руках! В его объятиях.
Тася, давясь слезами, вцепилась в него. Облегчение от того, что Володя рядом, что она вот так может к нему прижаться, накрыло ее.
– Что случилось? Тась, посмотри на меня…
Она мотнула головой и почти сразу же подняла на него глаза.
Таким она его еще не видела. Лицо сосредоточенное и тоже встревоженное. Свет из коридора искажал выражение глаз, но это почти не играло роли.