Тася боролась с искушением обернуться и посмотреть, стоит ли Володя на крыльце. Видит ли ее заминку. А если даже и видит, то что дальше? Да ничего.
Дальше пришло еще одно осознание.
Ключи! У Влада не должно было быть ключей от бабушкиного дома! Он априори не мог войти в дом. Но вошел.
Вопрос – как. Через окно проник? Сомнительно. Значит, все-таки у него есть дубликат ключей, и он вошел через дверь, которую она сто процентов каждый день запирала на ночь.
Тася сглотнула ком тошноты. Чертов ублюдок. Надо теперь менять замки.
Она вошла в гостиную, и по спине пробежали мурашки. В глаза сразу бросились буроватые засохшие капли и мазки. Кровь…
Перед внутренним взором тотчас нарисовалась картина, как он, шатаясь и упираясь рукой в стену, шел по коридору. Или нет… Или его тащил Володя? Щеки обожгло огнем.
Она прошла дальше. В спальне царил хаос. Опрокинутый табурет, скомканное одеяло, валяющееся на полу, осколки… Тася грустно улыбнулась. Да-а… Весело она жила последнее время, ничего не скажешь.
Она уже наклонилась, чтобы собрать первые осколки, когда резкий, настойчивый звонок в дверь заставил ее вздрогнуть и выпрямиться. Сердце прыгнуло в горло. И кто к ней мог пожаловать?
Снова…
На крыльце стояла баба Люба. Ее лицо, изборожденное морщинами, как картой всех деревенских передряг, пылало нездоровым возбуждением.
– Ну наконец-то, черт побери…
Что особенно умиляло Тасю в этой женщине, так это ее крепкие словечки. Не стеснялась она в выражениях. Вот и сейчас складывалось впечатление, что она готова была припечатать посильнее. Повыразительнее, так сказать.
– Ты где была, спрашивается? Я тут глаз, понимаешь, не сомкнула!
Уголки губ Таси самопроизвольно дрогнули в улыбку.
– И вам здравствуйте, бабка Люба.
– Ты мне тут давай зубы не заговаривай! – Соседка сделала шаг вперед, и Тася почувствовала запах свежего хлеба и дегтярного мыла. – Сначала ночью шум в доме, грохот! Потом этот… Володя, – она с особым смаком протянула мужское имя, – мелькает под окнами… Тенью такой! Ну, думаю, все, щас погром будет! Машину твоего муженька-то я сразу приметила. А потом смотрю – и он сам пожаловал… Шатается, еле идет, но идет, гад! Че, на разборки приезжал, да?
Вопрос повис в воздухе. Тася взглянула в ее маленькие, пронзительные глазки-буравчики и увидела там не просто любопытство. Увидела тревогу. Старую, уставшую, но живую тревогу.
– Чай будете, баб Люба? – внезапно предложила Тася.
Соседка прищурилась, оценивающе осмотрела ее с головы до ног.
Ну да, в футболке. Мужской…
– А вот и буду! – не без вызова отозвалась баба Люба, старательно пряча улыбку.
– Тогда проходите…
Баба Люба направила на нее указательный палец.
– Я-то пройду. Но не думай, дорогая, что от меня так просто можно отмахнуться! Я, между прочим, ночью, как шум утих, в щеколду палку вставила! Хозяйственную, крепкую. Чтобы люди знали, что никого нет дома, если что.
Тася уступила дорогу соседке. Ну да, палка в дверном засове – это мощно, конечно же!
Они посидели, попили чай. Баба Люба еще немного потрещала, походила вокруг да около.
Потом махнула рукой.
– Молчишь, как партизанка!
– А о чем говорить? – Тася мягко улыбнулась.
Баба Люба фыркнула и поднялась.
– Ладно, пойду я. Слушай… Но мне понравилось, как твой твоего… – Она не договорила, рассмеялась. – Твой твоего, вот это я сказанула. Эх, молодость… Мы тоже чудили. Бывало…
Тася проводила бабу Любу, потом приступила к уборке. Хватит прохлаждаться.
Она убиралась, а неприятный червячок подгрызал ее изнутри.
Она почти не удивилась, когда телефон зазвонил. Влад… Объявился… Сейчас на нее весь яд сольет.
Она не то чтобы была готова к его звонку. Просто знала, что ответит.
Но звонил не он. Номер был незнакомый. Последние три четверки… А их она уже где-то видела!
Тася, поспешно отложив в сторону тряпку, нажала на «принять».
– Слушаю.
– Таисия Александровна, добрый день. Вас беспокоит Бертяшова Наталья Васильевна, ведущий юрист «Теко». Вам удобно говорить?
Боже.
У Таси подкосились ноги. Она слышала про «Теко»! Это же такие акулы, что мама не горюй… Она на днях смотрела видосик про них, попался в ленте. Надо же, как интересно получалось…
Тася опустилась на край дивана. Лучше не рисковать.
– Конечно, Наталья Васильевна.
– Прекрасно.
Она продолжила говорить. Сказала, что ее профиль – это как раз бракоразводный процесс, и она готова заняться ее делом. Тася слушала не перебивая.
В голове лишь звучал один вопрос: каким образом Володя вышел на «Теко»?