Они никак не желали отпускать ее. Утягивали и утягивали. И вроде бы уже все понятно… И вроде бы уже отболело… Хотя кого она обманывает! Нихера ничего не отболело! Ноет еще, тянет.
И пустотой кроет неимоверно.
– Говорю, плед возьми. – Владимир бросил на нее неопределенный взгляд, считать который она оказалась не в состоянии.
Не сейчас…
Противиться Тася и не подумала. Кое-как достала плед и укуталась в него.
Почти хорошо стало…
Удивительно, да? Вот Владимир, бирюк бирюком. Ничего о себе не рассказывает, на свою территорию не пускает. Кидает деньги за секс.
А все замечает…
И вроде радоваться надо, что она рядом с таким мужчиной, а отчего-то по телу горечь разливается все сильнее и сильнее.
– Так что мы решим? – прикрывая глаза и натягивая на плечи плед, пробормотала она.
– В поселок едем.
– Спасибо.
Она прикрыла глаза. Не то чтобы она хотела спать… С закрытыми глазами легче мир переносился.
Дорога укачивала. Музыка играла негромко, при этом ненавязчивая, не бьющая по ушам.
Почти идиллия.
В какой-то момент Тася провалилась в сон, и выдернул ее из него мужской голос.
– Тася, приехали.
Она сонно огляделась. За окном, как и полагалось, стояла ночь. Сплошная, бездонная чернота. Из этой тьмы, словно из другого измерения, доносились звуки. Далекое унылое уханье филина, монотонный стрекот кузнечиков, сливавшийся в одно нервозное трещание.
Но главным было небо. Звезды не мерцали, а горели ровным, холодным и невероятно ярким светом. Таких не увидишь в городе никогда. Они были настолько близкими, что казалось, стоит протянуть руку – и пальцы ощутят колючий морозный блеск.
Тася с явной неохотой выбралась из пледа. После чего открыла дверь и кое-как вывалилась на улицу.
За спиной раздалось недовольное ворчание.
Холодный воздух тотчас коснулся обнаженных участков кожи, и Тася поежилась.
Они остановились у ее дома. Владимир открыл заднюю дверь, чтобы достать сумку, но что-то пошло не так.
Он повернулся к ней, стремительно приблизился. И снова тот же чертов эффект, та же ловушка, в которую Тася попадала снова и снова, стоило ему оказаться рядом.
Она не понимала, как это работало.
Он возвышался над ней. Такой большой, серьезный. К их разнице в комплекции она тоже никак не привыкнет. Да и надо ли?
А вот в постели, кстати, они идеально совпадали. Впадинка к впадинке, тютелька в тютельку.
Тася, хмурясь и никак еще не отойдя от сна, вскинула мордашку кверху. Владимир, казалось, только этого и ждал. Он заключил ее лицо в свои теплые, чуть шершавые ладони и чуть склонил голову, придавая моменту еще больше интимности.
– Мне надо, чтобы ты завтра уехала из поселка на пару дней.
Тася даже проснулась. Ну нифига себе заявление.
– Зачем, Володь? – Вопрос сорвался с губ самопроизвольно.
Душа снова встрепенулась. Такая глупая… Такая наивная…
Последующая пауза была довольно характерной.
И все-таки душа все еще просила… надеялась…
Скажи. Просто скажи.
– Надо, Тась. Уезжай.
глава 21
ГЛАВА 21
Естественно, никуда Тася не поехала. Проснулась она в паршивом настроении. Хмурое утро вцепилось в нее тощими когтями еще до того, как она открыла глаза. Тяжелое свинцовое чувство поселилось где-то под ребрами.
Тася некоторое время полежала с закрытыми глазами, потом решительно откинула одеяло. Оно сползло на пол бесформенной грудой, вызвав новую волну раздражения.
Тася вздохнула. Сегодня однозначно все будет не так и этак. Ноги сами понесли ее на кухню.
Сначала кофе, потом все остальное. Но даже процедура приготовления кофе, которая обычно наполняла ее предчувствием радости, сегодня далась с боем.
Зерна в мельнице трещали слишком громко и назойливо. Кипящий чайник шипел злобно, выпуская клубы пара, которые обжигали воздух. Она налила воду во френч-пресс слишком резко, и горячие брызги обожгли пальцы.
Прекрасно. Просто замечательно…
С чашкой в руках, от которой исходил горьковатый, пока еще не согревающий запах, Тася начала свой бесцельный марш по кухне. И снова ноги понесли ее едва ли не по привычному маршруту. К окну. Туда, где высокий забор разделял ее территорию и его.
Владимир… Черт бы тебя побрал.
Занавеска не позволяла ему ее видеть.
Тася горько усмехнулась. А с какой стати она решила, что он за ней наблюдает?
Она сделала глоток кофе и обожгла язык.
– Блин, – раздраженно и даже немного слезливо выпалила она. – Блин блинский.
С завтраком даже заморачиваться не стала. Достала хлеб, нарезала сыр. Сверху по дольке помидора и в микроволновку на минуту. Подумав, Тася заварила себе чай.