– Но тебя отпустили?
Кадык дернулся под кожей Владимира.
– Парни вытащили.
– О.
Вот «о», и все тут.
– Леха у нас из фэбосов. Ну и другие тоже подсуетились. Так что я им жизнью обязан. Здоровьем так точно.
Тасю начинало потряхивать. И это уже была не просто нервная дрожь. Мысли хаотично метались в голосе, эмоции варьировали от уровня «счастье» до уровня «ужас». Она запретила себе развивать все, что касалось прошлого Володи. Нельзя… Может быть, потом, когда страсти немного поутихнут, она и подумает об услышанном. И обязательно поплачет.
– Это еще не все.
– Звучит… воодушевляюще. – Тася улыбнулась, не удержалась и дотронулась до скулы Володи.
Ему можно ее трогать, смущать, нервировать, отвлекать. Значит, и она пойдет по тому же пути.
– История не закончилась. Ко мне пришли другие… хм… заинтересованные люди. Тот самый Табасов Харитон Валерьевич.
– Ничего мне не напоминай. – Тася закрыла лицо ладонями, разведя максимально пальцы в стороны и поглядывая на Володю уже таким образом.
– А ему отказывать уже точно не стоило… Да и после моральной и физической мясорубок мне не мешало сменить место дислокации. Адам как раз тоже сюда перебрался.
– А кто были те, кто проник к тебе в дом?
– Мы еще до них дойдем. Черт, Тась, тебе не кажется, что мы уже дохера долго разговариваем?
– Не-а.
Она сделала соответствующее лицо.
– От тебя, может, потом еще пару месяцев придется ждать разговора.
– Тась…
– Дальше, Володь.
– Что дальше-то… Те, кто первыми меня «взяли», решили пойти на реванш. Я еще поэтому не мог ничего тебе предложить более серьезного. Как я мог тебя втянуть в историю, где ты могла пострадать?
Пришло время Тасе сглатывать.
И промолчать.
Ничего не будет говорить. Потому что не знает как.
– Говорю как есть. Без утайки. Я не планировал ничего… Просто хотел тебя себе. Видел тебя – и все, голову рвало. Ну-у, – усмешка Владимира, наконец, начала трансформироваться в улыбку, причем в той проблескивали озорство и некое смущение, – сначала нижнюю рвало капитально, потом и верхняя потекла. Поэтому я хочу с тобой все, соседка.
Его руки уже касались ее трусиков.
И как с ним говорить?
Тася находилась на грани чего-то острого, щемящего, отчего перехватывало дух.
Тася смотрела на Владимира, на этого сурового мужчину, который только что оголил перед ней душу, и не верила, что он решился на подобное. После всего того что ему пришлось пережить.
– Володь, ты уверен? – Ее голос прозвучал чуть слышно.
Надо расставить все точки над «и», пока его пальцы не потянули ее трусики вниз.
– Я пойму… Ты недавно развелся. И пережить такое предательство...
Он в привычном жесте скривил губы, но взгляд не отвел.
– Я уверен. А ты? – И тут его глаза потемнели, стали жесткими, почти черными. – Женщина, черт побери, ты вообще еще замужем! Ты когда разведешься?
– Да уже, – смущенно пробормотала она. – Чего ты кипишуешь.
– Уже?
– Да, вчера, – выдохнула Тася, сама не веря, что все, она свободная женщина.
Владимир прикрыл глаза, точно переваривая услышанное. А потом продолжил:
– Тась, я люблю тебя. И будет так, как ты скажешь. Хочешь – будем встречаться, как малолетки. Ночевать друг у друга. Хочешь – будем жить на моей территории... А хочешь – замуж пойдешь...
При последних словах его глаза окончательно потемнели и стали настолько серьезными, что Тасю дрожь пробрала. В них не было и тени шутки.
– А ты как хочешь? – спросила она, почти шепотом.
– Третий вариант. Через полгода. И да, я хочу услышать ответное признание.
Тася не знала, то ли смеяться, то ли плакать. То ли просто глаза закатить от такой его прямолинейности и стремительности.
Ее снова заштормило не на шутку. Интересно, так будет всю жизнь?
– А как же секс без обязательств?
– Тась…
Упс, все, время поджимало. Ее трусики отодвинули в сторону.
– Мне кажется или тут попахивает шантажом?
Владимир, видимо, тоже решил, что хватит. Время вышло. Он пружинисто поднялся, подхватил ее на руки.
– Давай уже перейдем на секс с обязательствами, – сказал он глухо, произнес он низко, и в его голосе звучала та самая непоколебимая уверенность, которая свела ее с ума с самой первой встречи.
Тася уперлась руками ему в грудь.
Еще один момент. Самый последний. Вдруг он упустил его…
– Володь…
Он тормознул, немного напрягся.
Он никак не мог расслабиться, она это видела.
Нет, даже не так. Она это чувствовала.
– Что, Тась…