— Чувак, ты берешь достаточно вещей для поездки, — смеется он, и я ухмыляюсь ему.
— Я переезжаю, — говорю я ему, и его глаза расширяются от неверия.
— Подожди минутку, выметайся отсюда, — смеется он. Я трачу следующие пятнадцать минут, чтобы просветить его во всем, что произошло между мной и Лорен, Декстером, Дженной и моим отцом. После этого он делает глубокий вдох.
— Вау. Думаю, мне нужна минута, чтобы все это обдумать, — смеется он. — Я... я даже не знаю, с чего начать. Просто чтобы убедиться, что я все понял – ты переезжаешь в Чикаго, потому что порвал с Дженной. И ты можешь видеться со своим врачом, чей муж заставляет людей следить за тобой, потому что твое альтер-эго хочет убить вашего настоящего отца, ведь он думает, что тот убил вашу маму? — спрашивает он, и я киваю.
— Да, я думаю, ты все понял.
Эйдан недоверчиво качает головой.
— И твои родители не против, что ты переезжаешь?
— Они не в восторге. Мама не хочет, чтобы я уезжал, но знает, что мы не можем остаться здесь с моим отцом, поступающим как придурок, — говорю я, садясь рядом с ним.
— Что касается твоего убийственного альтер-эго, — говорит он, прикрывая смех, — Лорен не знает об этом или о том, что за тобой следят?
— У нее достаточно проблем, — говорю я, вставая и начиная собирать свои вещи.
— Думаешь, для нее будет лучше не знать? — спрашивает друг, хмурясь. Я пожимаю плечами.
— Дело не в том, что я что-то скрываю от нее. Просто... да, я думаю, лучше, чтобы она не знала, — признаю я.
— Если бы вы поменялись местами, ты бы не хотел знать?
— Нет. Иногда незнание – это блаженство, — пожимаю плечами, и он начинает смеяться.
— Что?
— Я просто удивлен, знаешь, видя, как ты был расстроен тем, что твои родители все от тебя скрывали, — говорит он с сарказмом.
— Это было другое, — отвечаю я, защищаясь.
— Как это было по-другому? — самодовольно говорит он.
У меня нет никакой защиты. Он прав, я должен ей рассказать. Лорен имеет полное право знать, но все это было на ее совести. Хотел бы я, чтобы у нас был день, хотя бы один, без катастрофы, поднимающей свою уродливую голову. Я сажусь на кровать и достаю сникерс из кармана, чтобы поесть.
— Я имею в виду, что это может даже дать тебе преимущество над его поступками, — пожимает плечами Эйдан.
— Что ты имеешь в виду?
— Сомневаюсь, что она будет надеяться, что Кэл вернется, если он захочет кого-то убить, — смеется он.
— Не хочу, чтобы она не хотела, чтобы он вернулся из-за этого. Я хочу, чтобы она не хотела его возвращения, потому что любит меня, того, кто я есть. Я не хочу выигрывать по умолчанию.
— Крис, это не игра, — Эйдан издает разочарованный стон, и я застигнут врасплох. — Это и есть твоя жизнь. Ты должен перестать смотреть на это как на соревнование, — говорит он почти ругательным тоном.
— Прости, когда ты успел стать моим отцом? — я спрашиваю, пытаясь удержать смех, но выражение на его лице совсем не веселое.
— Ты действительно думаешь, что Лорен просто хочет вернуть Кэла?
— Я... я не знаю, — пожимаю плечами я.
— Эта девушка хочет всех вас. Не только тебя или его. Она хочет, чтобы у ее дочери был отец. Чтобы у нее была возможность жить нормальной жизнью. Я должен сказать тебе, что самое худшее в мире – это не то, что у тебя ДРЛ. Жизнь приходит с херовой кучей проблем и вам действительно нужно собраться вместе, потому что, когда что-то пойдет не так, вы, ребята, не сможете перевернуть переключатель.
— Что происходит? — спрашиваю я его с подозрением.
— Что ты имеешь в виду? Я даю тебе совет как друг. Как твой лучший друг! — он восклицает. Я встаю и смотрю на него.
— Ты мне что-то не договариваешь? — спрашиваю я его, скрестив руки. Эйдан выглядит застигнутым врасплох.
— Ничего. Я просто пытаюсь помочь тебе! — говорит он защищаясь.
— Ты никогда не был хорошим лгуном, и ты редко вытягиваешь голову из своей задницы на долгое время, чтобы заботиться о том, что происходит вокруг тебя. Что-то случилось, что происходит? — я требую.
— Так вот что ты обо мне думаешь? Я – эгоцентричный придурок, которому плевать на людей, которых я люблю. Очень хороший, Крис, — защищается он сердито.
— Нет, не меняй темы. Что, черт возьми, происходит? — я повторяю, и он виновато смотрит в пол.
— Когда ты уезжаешь в Чикаго? — тихо спрашивает Эйдан.
— Какое это имеет отношение к делу? — с нетерпением его спрашиваю.
— Не мне тебе рассказывать, но есть некоторые вещи, которые ты должен знать прежде, чем вы уедете, — говорит он, скрещивая руки.
— Какие вещи? — я спрашиваю, и друг просто тупо смотрит в пол. — О, так ты можешь поднять этот вопрос, но ничего не сказать?!