Серёжу я отдала в детский садик, а сама я хотела найти работу и стала искать вакансии. Но интересующие меня были уже заняты, либо моего опыта было недостаточно. Я не сдавалась в поиске, и однажды мне попалась на глаза вакансия как раз по моей специальности. Я позвонила, поговорила с очень милой девушкой, что мне ответила, и она сообщила, что надо подойти к назначенному времени.
Я очень волновалась перед собеседованием, проговорила ответы на возможные вопросы. У меня было какое-то странное предчувствие, будто что-то произойдёт. Мама говорила, чтобы я успокоилась и чтобы не расстраивалась, если не возьмут. Но ведь я была настроена, да и хотела бы туда попасть. Офис находился недалеко от садика, и после работы я бы без проблем забирала сына. Такой расклад мне понравился.
Я пришла заранее на собеседование, но начальника ещё не было. Меня попросили подождать, предложив кофе, но я отказалась. Рядом с секретарём сидела девочка примерно возраста Серёжи. Она что-то с увлечением рисовала, и я заметила в ней знакомые черты. Вот только кого девочка напоминала, я понять не могла. У неё было очень красивое имя — Луиза, а ещё талант к рисованию. Наверное, она скоро пойдёт в профессиональную школу, потому что такой дар нельзя опускать. Мне ещё пришлось посидеть двадцать минут, прежде чем зайти в кабинет.
Как только я увидела того, кто передо мной сидит, я хотела развернуться и уйти, однако голова у меня была на плечах. Я села и стала гадать, узнал ли он меня, потому что я готова поклясться — в тот момент он не сводил с меня взгляда.
— Василиса Прекрасная, — произнёс он, смотря в моё резюме.
— Кощей Бессмертный, — вырвалось у меня.
Но я тут же об этом пожалела. Ну детский сад, если честно. Бессмертный была фамилия Ростислава, и я часто его этим дразнила, а он меня — Василисой Прекрасной. Как же меня бесило это прозвище.
Какое-то время мы сидели в тишине, Ростислав будто витал в облаках, изучая моё резюме. Наши взгляды с ним встретились, и мне хватило пяти секунд, чтобы отвернуться и собраться с мыслями. Теперь передо мной сидел не тот мальчик, который постоянно обзывался, с кем я дралась и кому была врагом номером 1. За столом сидел взрослый мужчина тридцати двух лет, который был так похож на своего отца Алексея Александровича, ушедшего из жизни слишком рано. Его редкие зелёные глаза сочетались с каштановыми волосами на голове.
Он задавал мне вопросы по пунктам, а я смело на них отвечала. Я заметила, что он долго смотрел в графу «дети», но резко переключился на «не замужем». Да, я была матерью-одиночкой и прекрасно с этим справлялась.
Я вернулась домой в расстроенных чувствах, уже предполагала, что мне не позвонят, как обещали. На эту вакансию было много желающих, а, учитывая наши давние перепалки, Ростислав навряд ли захочет меня брать на работу.
Прошла неделя, и я уже начала отправлять резюме по другим вакансиям. В тот вечер мы с сыном пришли на детскую площадку. Я села на лавочку, а Серёжка побежал лазать по турникам. Когда мне пришло сообщение на телефон, я немного отвлеклась, но вмиг посмотрела на площадку, когда около меня приземлился мячик. За ним прибежала девочка, которую я видела в офисе. Луиза. Я улыбнулась ей, и она, кажется, узнала меня. Протянув предмет малышке, она поблагодарила меня и будто чего-то ждала.
— Василиса, — послышался голос Ростислава.
Я развернулась и увидела его с плюшевым медведем в руках. Луиза подбежала к нему и отпросилась у него на площадку. Когда он кивнул, она радостно, вприпрыжку поскакала на качели. Ростислав сел рядом со мной, лишь взглянув на меня. Медведя он усадил рядом, а сам взялся за телефон. Как я поняла, эта девочка его дочь.
Дочка явно пошла в отца: глаза зелёные, копна чёрных волос на голове, пухлые щёчки, которые так и хотелось пощупать. Я улыбнулась, потому что спустя всего десять минут Серёжа и Луиза играли вместе.
— Твой сын? — спросил Ростислав.
— Мой, — ответила я. — Твоя дочь?
— Моя, — повторил он за мной. — В резюме ты написала, что не замужем… Вы с его отцом живете отдельно?
Я посмотрела на него, пытаясь понять, к чему он задал вопрос. На самом деле это его не касалось, но отвечать грубо я не стала, чтобы за этим не развился конфликт. Хотя я часто слышала вопросы об отце Серёжи. Да и мой малыш задавал много вопросов. Я отвечала, что мы не нужны папе.
— Его отец сбежал до рождения, — кратко ответила я, намереваясь закончить этот разговор.
— Мне жаль, — сказал он.
Его жалость мне точно не нужна была. Я как-то прекрасно справлялась со всем одна. Посмотрев на него, но ничего не ответив, я встала с лавочки и позвала Серёжу. Он подбежал ко мне, и мы направились домой. По дороге мне позвонили и сообщили, что я подхожу на должность. Сначала я подумала, что это какая-то шутка, но затем до меня дошло, что Ростислав с кем-то говорил по телефону, когда мы сидели на лавочке.