— Но ты, получается, пострадала из-за меня… — подытожил я. — Из-за нашего общения.
— Нет, — мотнула головой Катя, звякнув при этом цепью. — Я сама была виновата! Недооценила госпожу Чхве. А потом и вас подвела…
Последние ее слова почти заглушил грохот воротных створок — донесшийся со стороны, противоположной той, где вошел я.
Мы оба обернулись на звук: двор уже полностью очистился от тумана, и в стене стали видны еще одни ворота, расположенные точно напротив «моих» — и тоже уже закрытые. А перед ними, скромно сложив кисти рук на уровне груди в характерном жесте одетой в ханбок или чосонот кореянки, стояла моя противница в грядущем поединке.
Ну, то есть, наверное, это была она.
45. Хвандо против «близнецов»
Это действительно оказалась Чхве Ан Джонг, но узнал ее я с немалым трудом — почему сперва и засомневался. Дело в том, что в ворота вошла вовсе не сморщенная старуха — женщина лет тридцати пяти, стройная и, пожалуй, даже миловидная. Выдавали шаманку лишь глаза, красные, как подол ее ханбок — вот их взгляд, встретившись с ним однажды, уже ни с чем нельзя было перепутать.
Я не случайно упомянул именно подол ханбок — из всего традиционного наряда Чхве виден сейчас был только он. Остальное прикрывало нечто вроде длинного стеганого халата — сплошь усыпанного серебристыми заклепками. Те складывались в замысловатый узор — если какое-то время на него пристально смотреть, сознание понемногу начинало «плыть». Однако, полагаю, что этот эффект, сам по себе довольно опасный, являлся лишь побочным: основным предназначением заклепок было крепить металлические пластины, скрытые под тканью — типичный корейский доспех эпохи Чосон.
На голове у моей противницы был конический кожаный шлем, усиленный стальными полосками на лбу и висках и украшенный пышным плюмажем из конского волоса. Мне, кстати, почему-то ничего подобного не выдали.
А вот что у шаманки было при себе за оружие, я так сразу и не распознал. Впереди, чуть ниже пояса, параллельно земле, у нее висел продолговатый не то чехол, не то футляр — размером уступавший ножнам моего хвандо, но все же достаточно большой, чтобы вместить в себя короткий меч. Но если это было и так, рукоять последнего надежно скрывали от посторонних глаз банты из алых декоративных лент.
Я поспешно поднялся с камней.
— Владимир Юрьевич! — взмолилась рядом у стены Катя. — Сделайте, как я просила! Это последняя возможность!
Повернув к ней голову, я увидел, как от ошейника на горле девушки вырвался неяркий, но широкий золотой луч. Я проследил за ним взглядом — уже, впрочем, понимая, что обнаружу. Не ошибся: луч уперся Чхве куда-то в район пупа — аккурат над ее загадочным чехлом. Шаманка самодовольно ухмыльнулась.
Машинально я протянул было руку, чтобы поставить ладонь преградой на пути луча — по которому, очевидно, моя противница тянула силы из своей бывшей ученицы. Но движения не завершил — а ну как обожжет или еще чего похуже⁈
— Не того страшишься, глупец! — заметив мои метания, рассмеялась Чхве. В отличие от свежей внешности, голос у нее был прежний, противно скрипучий.
— Сила утекает на ином уровне реальности, — в свою очередь пояснила со своего места у стены Кан. — Это — только символ, — она провела пальцами сквозь луч — на том это никак не сказалось. — Единственный способ связь оборвать я вам назвала… Сделайте же так! Или лишь зря погибнете!
— Нет, — покачал я головой — и, ни говоря более ни слова, двинулся в сторону противницы.
Насмешливо хмыкнув, Чхве Ан Джонг плавно скользнула мне навстречу. Несколько секунд, и вот мы уже замерли в паре шагов один от другого.
Еще на ходу я положил ладонь на рукоять хвандо. Шаманка позы не сменила, все так же держа руки у груди в «положении вежливости» — консонан сон джасэ. Выглядело это, правда, скорее изощренной издевкой, нежели учтивостью.
Мы церемонно поклонились друг другу — и, едва наши спины распрямились, я атаковал. Рванул рукоять меча — одновременно позволяя кольцу ножен соскользнуть с крюка на поясе. Не мной изобретенный, этот прием позволял «сбить одним камнем двух птиц»: на доли секунды быстрее обнажить клинок, без задержки нанеся им удар — и постараться отвлечь внимание противника на безобидные ножны.
И то и другое мне, в принципе, удалось — но, увы, мало что в итоге дало. Металлический прибор ножен звякнул о камни дворика, заставив Чхве скосить туда взгляд. Тем временем вырвавшийся на свободу хвандо прочертил пологую дугу к шее шаманки, метя в точку, не прикрытую ни воротом «халата», ни кожаным назатыльником шлема…