На девушке был точно такой же кожаный доспех, как и у меня — судя по всему, надетый поверх алого чосонот. Но еще плечи Ким покрывал длинный плащ — оттенка небесной лазури, рабочего цвета ее матери- мансин.
В руках у Чан Ми было полутораметровое копье с широким листовидным наконечником, украшенное пучком кроваво-красных и васильково-голубых шелковых лент.
— А ведь могла бы жить… — в деланом сокрушении покачал головой демон — и без видимой подготовки метнулся к Ким.
Стремглав сорвавшись с места, я бросился вслед за «тигрокрысом» — хотя и понимал, что до дерзкой копейщицы тот всяко доберется раньше, чем я сумею его настичь.
Между тем, выставив перед собой острие своего оружия, Чан Ми уверенно, без тени робости на лице, шагнула навстречу врагу. Пара мгновений — и они с демоном оказались лицом к лицу. «Тигрокрыс» сделал вид, что собирается поднырнуть под нацеленный на него наконечник, а когда Чан Ми машинально чуть сместила тот вниз — наоборот подпрыгнул и попытался выброшенной вперед лапой ударить по копью сверху.
Но девушка оказалась к этому вполне готова. Слегка подавшись назад, она отдернула оружие — и как только когти демона рассекли пустоту, нанесла резкий укол, целя Полосатому прямо в крысиную морду.
В последний момент тот все же успел извернуться в полете, убрав голову в сторону — и копье ударило ему в плечо.
«Тигрокрыс» истошно заверещал. Затрещало ломающееся древко.
Ким отбросило далеко назад — почти вынеся за ворота и опрокинув на пятую точку. В руках у девушки осталось лишь метровый деревянный обломок — такое себе оружие — но сбитый в полете демон упал, а вскочив, с воем закружился на месте волчком, словно вовсе забыв об удачливой противнице.
А тем временем к месту их скоротечной схватки подоспел я. Меня «тигрокрыс» не проигнорировал — разом перестав крутиться, гоняясь за собственным хвостом, широко разинул пасть… И я вогнал свой хвандо ему прямо в глотку.
Да еще, как завещал классик, дважды там свое оружье провернул.
Демон захрипел. Челюсти его с лязгом сомкнулись на клинке меча — и, инстинктивно разжав стискивавшие рукоять хвандо пальцы, руку я отдернул. Полосатый покачнулся, но устоял — и, несмотря на страшную, по идее, рану, попер на меня, уже безоружного… В этот миг слева к нашему врагу подступила Катя — и, сама уже падая, ударом снизу вверх всадила клинок «близнеца» демону под брюхо.
Тело «тигрокрыса» сотрясла дрожь — и он завалился набок, прямо на распластавшуюся на камнях Кан. Сразу же конвульсивно дернулся встать — но не сумел. Яростно сверкнув напоследок, глаза его закрылись — и демона не стало. Во всех смыслах — тело полосатой твари сперва сделалось полупрозрачным, а затем и вовсе растворилось в воздухе без следа.
Звякнули высвободившиеся из нутра «тигрокрыса» хвандо, «близнец» и наконечник копья Чан Ми.
— Готов! — выдохнула Кан, силясь приподняться. — Уходим отсюда, пока ворота открыты!
Я шагнул к ней — но меня опередила Ким. Вдвоем с ней мы Катю подняли — и не столько повели, сколько поволокли к выходу.
— Ты-то тут какими судьбами? — спросил я у Чан Ми, уже на ходу.
— Когда ты выступил в Поход Смерти — меня будто вниз головой подвесило, — отдуваясь, ответила та. — И — ни туда, ни сюда. Это все из-за той нашей с тобой связи… Хорошо, мама была рядом. Она мне объяснила, в чем дело. Но вытянуть назад не смогла — только дальше протолкнуть получилось. Ну и вот… Так что моей заслуги тут особо и нет!
— Все равно — спасибо, — усмехнулся я. — Если бы не ты — нам бы с Катей конец!
— Пожалуйста, обращайся, — ответила мне Ким теми же словами, что услышала от меня в подземелье. — Кстати, чуть не забыла! — встрепенулась тут она. — Мама просила передать — от майора Хана: тебе уже можно ехать домой!
— Ким Чжу Э очнулась?
— Деталей не знаю. Но в Пхеньяне вчера стреляли. А сегодня к нам приходил товарищ майор и сказал: все в порядке, пора…
Под эти ее слова мы проследовали через ворота — и углубились в туман. В котором вскоре и расстались — возвращаться в бренный мир каждому из нас троих предстояло собственным путем.
47. Вопросы современной медицины
— Это тот самый прокол точки Лань-Ши Чжи? — полюбопытствовала Катя Кан, показав глазами на мою обклеенную с обеих сторон пластырем кисть.
— Ну да, — кивнул я.
— И как, болит? — осведомилась девушка.
— Да так, — неопределенно пожал я плечами. — Дергает иногда…
Возможности подлечить себе руку «по-шамански» у меня пока не было — все из-за блока на вознесение сознанием. Я предполагал, что после четвертой услуги его снова не избежать, и, хотя точно в этом уверен и не был, прогуляться духом к границе тонкого мира не поспешил — чтобы ненароком не застрять «в полупозиции» и не беспокоиться хотя бы о том, что внезапно могу покинуть тело, рискуя «потеряться».