Весь первый день Богдан ловил рыбу, а я, теребя удочку в руках, жаловался на жизнь. На то, что сон этот меня с детства мучает, а теперь, когда он почти меня перестал беспокоить, жена его гипнозом стала возвращать. И не отделаться мне теперь от него никогда. Да и жена сбежала, пусть даже и ненадолго.
Моя удочка ни разу так и не дернулась. Рыба ко мне не шла, видно, мои причитания послушала — и аппетит у нее пропал. Вот Богдан молча сидел, его пойманной рыбой мы и поужинали: уху сварили, да и на костре пожарили. Так первый день и провели. Второй день тоже ничем не отличился. Только теперь я молчал, видно, все вчера высказал. Зато Богдан разговорился, рассказывал всякие рыбацкие небылицы — меня развеселить и отвлечь пытался. После рыбацких небылиц и анекдотов в ход пошли охотничьи.
К вечеру Богдан опять полное ведро рыбы наловил, видимо, у рыб от его анекдотов аппетит разыгрался, даже все мои, которые вокруг моей наживки крутились, к нему ушли.
— Послушай, Богдан, — перебил я его. Если бы ты золотую рыбку поймал, ты бы, какие три желания загадал?
— Что? А, не знаю… не думал никогда.
— С детства на рыбалку ездишь, а про золотую рыбку ни разу не думал? Представь, ты сейчас удочку дергаешь, а на крючке золотая рыбка! И говорит она тебе: «Отпусти меня, добрый молодец, три желания твои исполню, что ни пожелаешь». Представил?
— Представил… все равно ничего в голову не лезет. У меня все есть.
— Ну, так попросил бы этого всего что есть, чтоб его еще больше стало. Плохо, что ли?
— Хорошо. Только если его больше будет, то и места надо будет больше, чтобы его куда-то складывать. А зачем мне склад?
— Ну, тогда много денег попросил бы!
— Денег? Можно и денег. Но опять-таки, где хранить? Дома опасно, да и в банке тоже. Тогда надо сразу себе банк у рыбки просить. А какой из меня банкир? Я рыбалку больше люблю.
— Попроси не так много денег, — предложил я.
— А «не так много денег» я после выходных и так на работе получу.
— Хорошо, оставим личную выгоду. А если тогда что-нибудь не для себя, а для всех попросить? — настаивал я.
Богдан, пристально прищурившись, посмотрел на меня и спросил: «Всем чего-нибудь побольше?»
— Да не о том я. Ну, например, пожелать — пусть все в мире будут здоровы!
— У нас и так на планете перенаселение, — возразил Богдан.
— Ладно… все… понял я твою позицию, не нуди, — сказал я, и уставился вдаль. Солнце уже садилось, и я стал ждать и смотреть сядет ли оно в тучу.
— А ты что попросил бы? — неожиданно спросил Богдан.
Я еще с минуту смотрел на закат, и когда понял, что солнце неминуемо садится в тучи, обратил внимание на Богдана.
— Ты что, задумался? Тоже раньше об этом не думал? — спросил Богдан.
— Думал, но тоже не знаю.
— Что, даже одного желания не придумал? — удивился Богдан.
— Наоборот, их очень много. Выбрать невозможно.
— А ты представь, что там, — Богдан показал рукой на то место, где заканчивалась моя удочка, — вот-вот на твоем крючке появится золотая рыбка, — Богдан подошел ближе и загадочно шепнул мне на ухо, — и надо быстро загадывать желания. Выбери самое важное!
Я попытался представить золотую рыбку. Желания сразу закрутились у меня в голове, но как я ни старался, так и не смог представить на своей удочке даже простой рыбешки.
— Ну, представил?
— Нет. Я такое уже даже и представить себе не могу. Если поймать золотую рыбку, шанс один из ста, — я посмотрел на его два полных рыбой ведра, — то у тебя его намного больше. Богдан махнул на меня рукой и пошел заниматься пойманной рыбой. Я же еще раз глянул на свою удочку в воде. И тут что-то золотое блеснуло на самой поверхности. Я подскочил.
— Рыба, рыба! — закричал я.
Богдан от неожиданности резко развернулся и перевернул одно ведро. И, еще живая рыба, захлестала хвостом по траве.
— Где рыба? Ты зачем кричишь? Спугнешь ведь! — шептал мне Богдан, сматывая леску и аккуратно поднимая мою удочку из воды.
Но на крючке, кроме двухдневного червяка ничего не оказалось.
— Тебе показалось, — разочарованно сказал Богдан и похлопал меня по плечу. — Это все сумерки. Завтра — обязательно поймаешь!
Но я точно видел золотой блеск. Конечно, это не золотая рыбка, но там точно что-то было.
Наутро я проснулся с головной болью. Всю ночь мне снились кошмары. Какие-то голоса что-то говорили и говорили без устали. Богдана в палатке уже не было. И не найдя аптечку самостоятельно, я пошел искать Богдана. Обойдя все вокруг, я нашел его за палаткой, собирающим ягоды.
— Мы от… ты от головы что-нибудь брал? — спросил я, щурясь от яркого солнечного света.