— И что потом?
— Добавились другие голоса, и они опять стали неразборчивыми, — разочарованно сказал я.
— Я думаю, что это все из-за нервов. Мари последнее время слишком насела на тебя с этой дверью, и если честно, то на твоем месте, я бы уже давно ее открыл, и не мучил ни жену, ни себя. Ей очень хочется, чтобы ты туда вошел. Тебе что, трудно это сделать?
— А ты что, можешь себя контролировать во сне? Это же сон! Он как отдельная жизнь. И я, который там, сам принимает решения, что ему делать.
— Ну да. В этом ты прав. Тогда не переживай, это всего лишь сон.
— Я тебе еще не все рассказал. Перед тем, как проснуться, я услышал, как женщина тяжело вздохнула, и почувствовал тепло ее руки на своей щеке, словно она погладила меня.
— Это тоже — сон, — надеясь меня успокоить, сказал Богдан.
— Уж как-то реально это было.
— Денис, тебе так показалось, — настаивал Богдан.
— Мари часто так делает, — сказал я и потер щеку.
— Ну, тогда я не знаю. Хочешь сказать, что это была твоя жена? Что ты, слышал ее через сон?
— Даже не знаю. Нет, наверное. Просто эти сны очень реальные. Другие сны — обыкновенные, они забываются, а эти я помню так, как ты помнишь свою жизнь. Я могу рассказать тебе любую мелочь из этих снов. Вот ты когда-нибудь мог, проснувшись, пересказать свой сон полностью? Или помнить его долго? А я могу рассказать тебе и сегодняшний, и прошлый, и те, которые были еще раньше со всеми мелочами, так, как мог бы рассказать тебе свои прожитые дни.
— Ты жене об этом говорил?
— Нет. Боюсь, что она решит, что я сумасшедший, или что у меня раздвоение личности, кто знает, что у этих психологов на этот счет припасено. Я уже жалею, что тебе об этом рассказал.
— Почему? — удивился Богдан.
— Ты ей можешь проболтаться.
— Если тебя это успокоит, то я обещаю постараться меньше с ней разговаривать на эти темы, — сказал Богдан, подбадривающе похлопывая меня по плечу, и нырнул в палатку переодеваться.
Больше на эту тему мы не разговаривали. Мы прыгали с тарзанки в воду, и я изо всех сил пытался хотя бы на время забыть об этом сне. О том, что говорили эти знакомые голоса, о том, что женский напоминал мне Мари, а мужской — Богдана. Но с каждым прыжком, погружаясь в воду, я все четче слышал их голоса у себя в голове. Может быть, я начинаю сходить с ума, но это все больше становилось похоже на реальность, чем на сон. Богдан всегда спрашивал меня об этих снах, как только я о них забывал, и от этого они все чаще мне снились. А Мари… она приводит меня к этой двери и требует ее открыть. А теперь еще и их голоса в моем сне. Это не может быть просто сном. Кто-то хочет мне что-то этим сказать. Только что? Неужели для этого мне надо открыть эту дверь во сне? Но я знаю, что я никогда ее не открою. Мне не нужна эта равнина из далекого чужого мира! Я люблю этот мир, мне в нем многое дорого. Здесь у меня есть такой друг, что можно только позавидовать, и здесь я нашел себя, встретив Мари. Я ни за что не уйду отсюда.
Мы провели еще два дня на рыбалке. Богдан ловил рыбу, а я даже уже и не пытался. Я купался и загорал, пытаясь ни о чем не думать, но мои мысли продолжали неустанно блуждать по бесконечному лабиринту сна в поисках ответа. Мы вернулись в город к вечеру. Заехали за провизией в магазин, а потом Богдан закинул меня домой. Я знал, что Мари еще не вернулась, поэтому купил только пару бутылок пива, а «возвращать к жизни» холодильник я решил завтра.
Открывая дверь, я понял, что мои планы на вечер с грохотом провалились — она оказалась закрытой только на защелку.
— Мари… ты дома? — крикнул я из коридора, но мне никто не ответил. Я прошелся по всем комнатам — никого. Зайдя на кухню, я первым делом открыл окно и включил холодильник, чтобы забросить в морозильную камеру рыбу. Денис всучил мне ее почти всю, так как есть он ее не очень любит, вот ловить — другое дело. Рыбы оказалось много, и это еще притом, что мы отпускали мелкую рыбешку. Я полностью забил ею морозильник, с надеждой, что Мари по приезду с ней разберется. Кстати, она приехала или нет? Вещей не видно, но дверь ведь была закрыта только на защелку. Я хорошо помнил, что уезжая, я закрывал все замки, хоть и собирался быстро и в ужасном настроении. Может, она пошла в магазин? Я хотел было позвонить ей на мобилку, но мой телефон так сильно разрядился за время моего отсутствия, что не хотел даже включаться. Я поставил его на зарядку, а сам пошел в ванную смыть с себя остатки природы. Потом взял пиво и плюхнулся в свое любимое кресло перед телевизором.