Выбрать главу

— Георгий Владимирович — вы где сейчас должны находится? — резко спросил Прошкин.

— В каком смысле? Я иду с дежурства…

— Вы же должны у Александра Дмитриевича ночевать! — возмутился Прошкин.

Борменталь брезгливо поморщился. Ох, уже эти интеллигентские штучки! Прошкин повторил вопрос, уже с профессиональным привкусом в голосе:

— Извольте — я отвечу… — процедил Борменталь.

— Сделайте одолжение! — Прошкин довольно ощутимо сдавил Борменталю плечо.

— Вы уж простите мою откровенность, Николай Павлович — я слишком устал, что бы сочинять эфимизмы! — Борменталь повел печем, пытаясь высвободится, но его попытка не увенчалась успехом, — Так что скажу прямо — мне Александр Дмитриевич далеко не симпатичен, да и он сам — от необходимости со мной соседствовать — вовсе не в восторге. А раз так получилось, я, что бы ни обременять ни его, ни себя — вызвался подменить одного доктора в вашей больнице — медицинских специалистов сейчас очень не хватает!

Прошкин не стал слушать дальше, он ухватил Борменталя за запястье, потащил за собой, быстро, почти бегом, помчавшись к дому, где квартировал Баев, взлетел на этаж, толкнул дверь — конечно, она не была заперта! В комнате глаза Прошкина невольно остановились на большой и пустой нише в стене. Он нехотя и опасливо перевел взгляд на кровать…

В абсолютно пустой комнате, на широкой кровати, накрытой зеленым исламским флагом, который раньше скрывал нишу в стене, лежал Александр Дмитриевич. В полной новенькой форме и новых сапогах. С аккуратно скрещенными на груди руками — так только в гроб кладут! Да и сам Баев больше походил на покойника, чем на живого человека. Прошкин в ужасе замер в дверях. Он даже не представлял, что теперь делать — звонить Корневу? Требовать следственную бригаду из прокуратуры? Вызывать «Скорую помощь»? Подойти к Баеву и убедится, что тот мертв?

Его опередил Борменталь. Решительно подошел к Саше, поискал пульс, заглянул в зрачок, принялся делать искусственное дыхание, и, оглянувшись, крикнул Прошкину, что бы вызывал без промедления «Скорую», есть слабая надежда, что Александр Дмитриевич еще жив…

Корнев и Прошкин, расположились на крашенной зеленой краской лавочке в тенистом углу больничного двора и сосредоточенно курили — они уже много чего знали. Знали — что Баев останется жив и скоро поправится. И что Сашу пытались отравить сильным опиатом. Что сам, едва пришедший в себя, Александр Дмитриевич о своих трагических приключениях, и даже о вечернем визите к Прошкину с Субботским, совершенно ничего не помнит. Что Борменталь действительно подменял приболевшего доктора из клиники всю ночь. И даже то, что прибеги они с Прошкиным хотя бы через 10 минут — было бы слишком поздно, а через полчаса — квартира просто взорвалась бы — потому что на кухне был отвернут газовый кран и горела свеча. Что в ту же ночь в Прокопьевке мирно почил отец Феофан, диагноз сельского фельдшера гласил — острый приступ сердечной недостаточности. Что особняк фон Штерна ранним утром пытались поджечь, но оставленные дежурить у дома сотрудники НКВД, своевременно вызвали пожарных, заметив огонек в окне. К сожалению, задержать вредителей не удалось. Словом много печальных и необъяснимых совпадений имело место в ту памятную ночь.

— Владимир Митрофанович — будем на эксгумацию Феофана, Царство Небесное, документы направлять? — деловито спросил Прошкин, что бы хоть как-то отвлечься от тревожных мыслей.

— Пусть покоится с миром, славный был старик. И так понятно — без всякой эксгумации — Феофана отравили, так же как и Баева…

— Я вот чего, Владимир Митрофанович понять не могу — ну зачем Баева, раз уж его хотели убить, да потом еще и квартиру газом взорвать, в казенную форму переодели?

— Что у тебя Николай, память девичья? — Корнев строго взглянул на Прошкина, — Ты ведь сам лично мне рассказывал, что Баев, когда к тебе в гости заходил вечером, кофе облился. А он чистюля известный — как пришел к себе, небось, первым делом гимнастерку сменил… Кому ж нужно было его переодевать?

Прошкина продолжал глодать червь сомнения, и избавится от него он надеялся прибегнув к интеллекту своего начальника, как всегда дела в сложных ситуациях: