Кремер с отвисшей челюстью уставился на Вулфа; он выглядел, таким удивленным, что я подумал: ему не повредит, если я проявлю к нему сочувствие. Поэтому, с карандашом в одной руке и с записной книжкой в другой я поднял руки высоко над головой, открыл рот, глубоко вздохнул и изо всех сил зевнул. Он посмотрел, но не швырнул в меня свою сигару, потому что действительно был ошеломлен. Наконец ему удалось сказать Вулфу:
– Вы говорите это честно? У вас нет коробки?
– Нет.
– Вы не знаете, где она? И не знаете, что в ней?
– Не знаю.
– Тогда почему в подписанном вчера завещании сказано, что он сообщил вам, где она находится?
– Он намеревался сказать, но не успел.
– Мак-Нэр никогда вам не говорил?
Вулф нахмурился.
– К черту, сэр! Оставьте излишние повторы для перекрестных допросов, я не люблю, когда меня изводят.
Пепел с сигары Кремера упал на ковер. Не обращая на это внимания, он пробормотал:
– Будь я проклят!
Я подумал, что настал подходящий миг для моего следующего зевка, и начал уже сжимать челюсть, когда Кремер взорвался и дико заорал на меня:
– Ради Бога, перестань паясничать ты, клоун!
Я стал дружески увещевать его:
– Боже мой, инспектор, человек не в состоянии удержать зевок.
– Заткнись! – крикнул инспектор. Выглядел он глупо. Мне уже стало скучно, когда Кремер вдруг заговорил с Вулфом жалобным голосом:
– Это полезный, здоровый шлепок для меня. Теперь все в порядке. Я не помню, чтобы вы когда-нибудь ставили меня в тупик так энергично, как в этот раз. Я так привык, что вы всегда держите что-нибудь в секрете. Я принял без доказательств два фактора, как беспроигрышные. Первый, что раскрытие этого убийства заключено в красной коробке. Второй, что она у вас или вы знаете, где она находится. Теперь вы говорите мне, что номер два отпадает. Ладно, я верю вам. Ну, а как относительно номера один?
– С ним следовало бы согласиться, – кивнул Вулф, – да, фактор беспроигрышный. Я думаю, что если бы мы знали, что в красной коробке, то выяснили бы, кто пытался убить Мак-Нэра неделю назад, в понедельник, и кто убил его вчера, – Вулф поджал губы на минуту, а затем добавил: – Убил его здесь! В моем кабинете! В моем присутствии!
– Да, верно. – Кремер ткнул сигарой в пепельницу. – Для вас это как раз то, что превращает простой случай в преступление. Гудвин, соедините меня с моим отделом.
Я подтянул телефон, набрал номер и, попросив не бросать трубку, освободил свое кресло. Кремер подошел и сел в него.
– Берк? Это Кремер. Взял блокнот? Записывай: коробка из красной кожи, не знаю размер, вес, старая или новая. Вероятно, не очень большая, потому что, скорее всего, содержит только бумаги, документы. Она принадлежала Бойдену Мак-Нэру. Пункт первый: дайте десяти людям копии фотографий Мак-Нэра и пошлите их во все хранилища сейфов в городе. Найдите любой принадлежащий ему сейф и, как только он будет найден, получите приказ открыть его. Пошлите Хакинса к этому типу из «Мидтаун нэшнл», который так дьявольски самоуверен. Пункт второй: позвоните людям, которые производят обыск в квартире Мак-Нэра и на его предприятии, и сообщите им о коробке. Тот, кто найдет ее, может взять выходной день. Пункт третий. Начните все сначала. Опросите друзей и знакомых Мак-Нэра, не видели ли они у Мак-Нэра такую коробку, когда и где, и как она выглядит. Расспросите также Коллинджера, адвоката Мак-Нэра. Черт возьми, я был так уверен… что даже не спросил его об этом. Пункт четвертый: пошлите еще телеграмму в Шотландию. Надо расспросить сестру Мак-Нэра о коробке. Пришел ли ответ на телеграмму, которую вы послали сегодня утром?
Ответ был, по-видимому, отрицательный, потому что Кремер заметил:
– Нет. Ну ладно, вам все понятно? Хорошо. Начинайте побыстрее. Я скоро приеду.
Он дал отбой. Вулф пробормотал:
– Десять человек… сотня… тысяча… В самом деле, мистер Кремер, с таким количеством народа вы должны поймать, по крайней мере, десять преступников на каждое совершенное преступление.
– Да, мы и ловим. – Кремер огляделся вокруг. – Мне кажется, я оставил свою шляпу в передней. Я дам вам знать, когда мы найдем коробку, раз уж это теперь ваша собственность. Может быть, я загляну в нее при вас, просто чтобы убедиться, что в ней нет бомб. Мне было бы чертовски неприятно, если бы Гудвину был причинен какой-нибудь вред…
Вулф отрицательно покачал головой.
– При вашей армии терьеров, скребущих около каждой норы, для нас уже не останется места. Мне очень жаль, сэр, что я вас так разочаровал: если бы я знал, где находится красная коробка, вы бы первым услышали об этом. Я надеюсь, что мы все братья по оружию? Ну хотя бы в этом деле?
– Безусловно. Товарищи.
– Это хорошо. Тогда я сделаю одно маленькое предложение, Проследите, чтобы Фросты, каждый из них, ознакомились с условиями завещания Мак-Нэра немедленно. Не беспокойтесь о мистере Геберте, полагаю, что если о завещании узнают Фросты, то вскоре узнает и он. Вам удобнее, чем мне, сделать это без излишнего шума.
– Ладно. Что-нибудь еще?
– Это все. Кроме того, если вы действительно найдете эту коробку, я не советовал бы вам вывешивать ее содержимое у себя на доске объявлений. Я думаю, что с этим нужно обращаться сдержанно и деликатно. Человек, который положил в эти таблетки яд, довольно изобретателен.
– Ага. Что-нибудь еще?
– Просто желаю удачи в другом месте, раз вам не повезло здесь.
– Благодарю. Совершенно верно. Удача мне нужна.
Он отправился восвояси, а Вулф позвонил, чтобы принесли пива. Я пошел в кухню за стаканом молока, потом вернулся и стал пить его маленькими глотками. Один взгляд на Вулфа показал мне, что дела остановились на мертвой точке. Он сидел с открытыми глазами, листая страницы брошюрки Ричардта, которая пришла с утренней почтой. Я слегка пожал плечами, допил молоко, сел за стол и стал запечатывать конверты с чеками. Затем я проштемпелевал их, сходил в переднюю за шляпой, не спеша вышел и направился к почтовому ящику на углу опустить их. Когда я вернулся, у Вулфа все еще был перерыв: он занимался орхидеями. По крайней мере, не занялся своим атласом – и то хорошо. Я сел и заметил: