Герцог же с поклонами вручил лично мне большую резную шкатулку, выстеленную белым атласом, где хранились около двадцати конфект, покрытых шоколадной глазурью. Все было весьма формально: я поблагодарила герцога за подарок, мы поговорили о погоде, он сообщил, что готовится большая королевская охота и спросил, захочу ли я принять участие. Я обещала подумать и Саймер де Богерт откланялся.
Он ничего не просил у меня, да и я ничего не могла ему дать. Но пример герцога оказался заразительным: на следующий день в моей приемной оказались первые просители. Некая придворная дама, вдова Эхтор, весьма скромно одетая, просила для себя место в моей свите. Я обещала подумать.
С тех пор в приемной нет-нет, да и появлялись просители. В основном люди, отчаявшиеся получить возможность подать жалобу королю. Не всем я могла и хотела помочь, но начала понимать, что мне необходим секретарь.
Разумеется, герцог не стоял в очередях, и я приглашала его тут же, как только он присылал лакея. Но теперь его визиты ко мне стали почти ежедневными.
Думаю, королеве-матери доложили об этом сразу после приезда.
Глава 16
Перебирая все небольшие возможности, которые есть у меня сейчас, я неожиданно вспомнила о родине Элен – королевстве Сан-Меризо. Уточнила у Софи, существует ли при дворе мужа посольство, и, получив утвердительный ответ, продиктовала ей записку. Записку запечатала, и её отдали лакею.
Все лакеи мне казались на одно лицо: лично я с ними не общалась, хотя два-три человека всегда дежурили за дверью апартаментов. Я ничего о них не знала, да и не могла узнать. Поэтому подумала, что мне очень желательно завести собственного курьера. Человека, которому я смогу доверять письма и записки, не ожидая, что их кто-нибудь будет просматривать. Хотя это мое письмо было совершенно невинным, всего лишь требование к послу, лорду Ферзону, нанести мне визит, но на будущее явно стоит обеспокоится.
Визит свекрови мне не пришлось ждать слишком долго. Сутки понадобились её высочеству Ателаните, чтобы отдохнуть, выслушать все доносы и заявиться ко мне высказывать свое недовольство. Я даже не стала препятствовать миледи Лекорн отлучиться на два часа по собственной надобности: здраво рассудила, что если не мадам “настучит”, то найдется кто-то другой.
Увиденное в моей приемной только больше разозлило королеву. Народу там по-прежнему было немного, но раньше приемная была абсолютно пуста. Теперь же там, за удобной конторкой, сидела та самая мадам Эхтор, что просила у меня место в свите. Я взяла ее секретарем. Кроме того, в приемной находилась еще пара каких-то просителей и один из придворных, с которым любезный Саймер де Богерт прислал мне очередное лакомство. Разумеется, королева-мать прошла в мои апартаменты, не дожидаясь, пока я освобожусь. Но то, что меня ждут, она видела и взяла на заметку.
Наше приветствие шло по разработанной мной ранее схеме: я поклонилась и села, дожидаясь, пока королева попросит у меня дозволения присесть. Вежливо спросила, как прошла поездка, не обращая внимания на недовольную гримасу.
– Я привезла вам из святых мест подарок, Элен, – свекровь хлопнула в ладоши, и одна из старух с поклоном передала мне маленький ларчик – простенькую коробку из дерева. Я с любопытством подняла крышку и даже не сразу поняла, что это такое. Больше всего содержимое шкатулки напоминало землю. Совершенно обыкновенную землю с парой небольших камушков.
– Это земля с места казни святого Варсонофия! – торжественно объявила королева-мать.
Я молча смотрела на эту женщину и понимала: издевается. Не знаю, сколько десятков лет назад казнили этого самого Варсонофия, но если каждый паломник брал бы себе по горсти земли, то яму до ядра планеты они бы уже прорыли. Тем не менее я любезно поблагодарила королеву-мать и с улыбкой уставилась на нее: сесть ей я так и не предложила. Пусть сама попросит.
– Вы же знаете, Элен, что святой Варсонофий считается покровителем беременных женщин?
– Конечно, ваше высочество, – не дрогнув, подтвердила я. – Правда, моя беременность закончилась весьма благополучна и уже давно. Но я надеюсь родить моему мужу еще не одного ребенка. Так что я весьма признательна вам за столь драгоценный дар.
– Если вы собираетесь быть хорошей женой моему сыну, Элен, то зачем вам эта нелепая пародия на секретаря в приемной? Кого вы, собственно, собираетесь принимать? – поджатые губы свекрови даже сложились в неприятную улыбку, показывающую всю глупость моего решения.