– Мадам Эхтор всего-навсего будет записывать тех, кто желает меня видеть, – говоря это, я потупила глаза, давая возможность свекрови очередной раз унизить меня.
– Что-то я не заметила очереди из просителей! Может быть, вам не стоит заниматься такими глупостями?
– Ну почему же глупостями, ваше высочество? Например, когда пришло письмо от лорда Ферзона с просьбой уделить ему время, то мадам Эхтор согласовала со мной день, когда мне удобно будет принять посла. Надеюсь, что посол передаст мне письма от семьи. Я так давно не получала новостей от папы! Или вы считаете, ваше высочество, что я сама должна была писать ответ на эту просьбу?
– Вы могли продиктовать его любой своей фрейлине, – недовольно поморщилась королева-мать. Ей явно не понравилось мое желание увидеть посла.
– Своим фрейлинам я плачу не за это.
За два дня до приезда свекрови миледи Лекорн наконец-то подбила итоги. Когда она мне отчитывалась, я выяснила довольно много любопытных подробностей: триста золотых в месяц – это очень большая сумма. Кроме того, если оплатить все долги, то у меня за все это время обнаружиться некий запас – около пятисот монет. Не слишком много, нужно признать.
Казалось бы, пока я валялась в кровати, на что можно было расходовать деньги? Но выяснилась милая подробность: я сама должна содержать свой двор, в том числе и миледи Лекорн. Она как старшая фрейлина получала двенадцать золотых в месяц. Обычные фрейлины получали по восемь. Кроме того, мне еще приходилось платить и за визиты доктора. Хорошо было уже то, что отопление моих комнат, охрану и питание для всех, а также горничных и лакеев оплачивал королевский казначей.
В целом, насколько я поняла, мадам Лекорн была достаточно честна. Но у нее не было стимула экономить, потому деньги она разбазаривала налево и направо. По семьдесят-восемьдесят монет каждый месяц уходило на раздачу нищим. Мне это казалось редкостным идиотизмом. На такую сумму можно было месяц содержать бесплатную столовую для тех же нищих, а не тупо раскидывать монеты в толпу, вызывая скандалы, ссоры и драки.
Как-то во время одной из бесед мадам Менуаш пожаловалась мне, что ее чуть не покалечили, когда под ноги ей лакей кинул горсть медяшек:
– Это было ужасно, ваше королевское величество! Люди кинулись и сшибли меня с ног. И если бы не какой-то могучий купец, который буквально выдернул меня из толпы, меня бы затоптали. Тогда мне порвали платье, и это было очень обидно.
– Думаю, мадам Менуаш, я смогу компенсировать вам эту потерю. А главное, вам больше не придется стоять в такой толпе, чтобы увидеть двор.
У меня было время обдумать, что и как нужно изменить. Прежде всего, я решила, что необходимо систематизировать записи. Хотя бы просто разнести их в две тетради: “Приход” и “Расход”, делить их помесячно и обязательно каждый месяц подбивать итоги. Кроме того, конечно, это очень дальняя перспектива… Но мне необходимо сделать так, чтобы народ меня любил. Так что больше никаких киданий мелочи в толпу. Зато я постараюсь организовать что-то вроде бесплатной больнички для бедных и по возможности столовую для нищих.
Разумеется, я прекрасно понимала, что моих собственных средств на это не хватит. Тут варианты были различные. Можно организовать лотерею и собрать крупную сумму сразу, а можно потихонечку обложить “данью” придворных. Как только они поймут, что я хоть что-то представляю собой при дворе, желающие поучаствовать найдутся мгновенно.
Планы у меня, конечно, были наполеоновские, но пора вернуться в реальность и послушать, что там говорит раздраженная свекровь.
– Я слышала, Элен, что к вам зачастил герцог де Богерт?
– Герцог де Богерт – близкий моему мужу человек, и я не вижу ничего дурного в том, что он иногда балует жену своего владыки сладостями. Тем более что далеко не всегда он это делает сам. Чаще передает с кем-нибудь из придворных.
– Герцог, – с тщательно скрываемым раздражением сказала королева-мать, – шалопай и бездельник! Он отвлекает моего сына от государственных дел. А вы, Элен, как разумная жена, должны были показать де Богерту, что его присутствие в вашем окружении неуместно.
– Ваше высочество! Вы хотите сказать, что я должна начать критиковать нашего короля и указывать ему, с кем стоит поддерживать дружеские отношения, а с кем нет?