Глава 17
После долгого ночного разговора с другом, Алиев с чистой совестью и чувством выполненного долга проспал до утра крепким богатырским сном. Вчера он с удовлетворением сообщил своему Смелову-старшему о том, что теперь его жизнь и жизнь его семьи наконец вне опасности, а Табриз не имеет к нему никаких претензий. На ожидаемый вопрос Смелова о его собственной участи, Самир постарался уклончиво отшутится. В общем, он надеялся, что теперь Смеловы смогут полностью сконцентрироваться на развитии того амбициозного проекта, который сулил огромные перспективы для всех троих.
Алиев же собирался заняться решением совершенно другого, более приятного и волнующего вопроса – увидеться с Софией. Резонно рассудив, что девушка, спустя пять месяцев его молчания, возможно, не захочет отвечать на его сообщения, решил встретить ее в конце рабочего дня у места роботы. Предварительно, наведя справки, узнал, что София, действительно получила должность администратора и рабочий день ее оканчивается в 19.00.
Цветы он, конечно, купил! Долго выбирал, пытаясь предугадать, какие же порадуют Софию больше всего. Белые пионы, были большой редкостью для начала ноября, но почему-то именно они показались ему самыми подходящими.
Припарковавшись у входа в спортклуб, он внимательно следил за выходящими девушками из салона авто, готовый в любой момент перехватить Софию. Он даже заметил что-то похожее на волнение, но с пренебрежением отринул эту мысль. - Не мальчишка же он в конце концов.
Чуть позже семи, в дверях показалась знакомая фигурка, и Самир на миг замешкался в салоне не способный оторваться от созерцания своей зазнобы. Следом за ней из автоматически открывающихся дверей вывалилось «тело» с букетом наперевес, на ходу галантно подхватившее Софию под локоток.
Самир, с затаенным злорадством ожидал, что сейчас София дерзко даст наглецу «от ворот -поворот», но девушка, напротив, улыбнувшись растерянно и как-то обреченно, села в новенький автомобиль и укатила вместе с молодчиком восвояси.
Белые пионы, лежащие на пассажирском сидении, больно резанули взгляд.
Самир, молча, ни единым мускулом лица, не выдав своих чувств, отъехал от здания и вернулся в свою холостяцкую берлогу.
Уже дома, стоя под обжигающими струями душа он размышлял о случившимся:
- А чего ты хотел? Старый ты идиот. С глаз долой – из сердца вон. Каким же нужно быть дураком, чтобы ожидать что девушка, подобная Софии будет по-монашески дожидаться тебя. Тем более, что ты не удосужился даже позвонить. Ну, что ж, женщины всегда были легкомысленными и ветренными созданиями, а тем более молодые. Молодые, и красивые- ехидно добавило подсознание.
А с утра, Алиев, бодро отмотав свои ежедневные 20 км кросса, твердо решил, что все что не делается - все к лучшему. И что теперь он сможет полностью сконцентрироваться на развитии бизнеса, не усложняя себя жизнь не нужными сантиментами. Но сердце, все-таки шалило, сердце не хотело одиночества, потому что, даже внезапно потеряв лучшего друга, а затем проведя еще целый год в бешенном рабочем графике, помогая Нику Смелову создавать свою «маленькую армию», он при воспоминании о Софии, все еще инстинктивно сжимал зубы и кулаки, старательно имитируя равнодушие.