Пустяковое на первый взгляд дело, осложнялось тем, что заведующий складом Петр Семенович Медушкин – уже не молодой, но все еще вызывающий интерес у противоположного пола холостяк находился в полной депрессии.
Да, вы удивитесь, но даже с обладателями горячей хищной крови случаются такие неприятности. Конечно, Самира это не особо волновало, ведь склад влиял на работу «NGA» минимально, но подчиненные уже не раз жаловались на Медушкина и теперь Самир вынужден был на собственной шкуре испытать тоже что и они.
Медушкин, внушительными размерами и неторопливостью сразу выдавал свою принадлежность к медведям. Но только не было в нем ничего опасного, хищного, или необузданного. Петр Семенович был спокойным, обстоятельным, и вдумчивым. Он любил наводить идеальный порядок, пересчитывать и переставлять свои запасы с места на место и вообще был необычайно хозяйственный и «приземистый». Несомненно, такие его качества как нельзя лучше помогали в работе заведующего складом, но в моменты обострения депрессии все эти качества приобретали гипертрофированный характер. В эти периоды, склад был постоянно закрыт то на инвентаризацию, то на проветривание, то на технические работы. Медушкин, трясся над своими запасами, словно скряга над сундуком с золотыми. Выпросить хоть самую мелкую детальку, самый пустяковый провиант было нереально. Такие депрессии подозрительно совпадали с окончанием квартала, когда главный бухгалтер обсуждала с Медушкиным результаты итоговой инвентаризации. Самир, давно уже заметил эту закономерность, но не хотел вникать в ситуацию и надеялся, что все разрешится само собой.
Вот и сегодня, за две недели до окончания квартала, Самир узрел на дверях складского помещения табличку «Переучет». Такой вариант его совершенно не устраивал, поэтому пришлось брать склад штурмом.
Естественно, что Медушкин не мог не пустить главу СБ на территорию своего «Эльдорадо», но пустив, сразу же вернулся к бурной деятельности. Он не отказывался от сотрудничества, он был всячески готов исполнить свои полномочия, но не сейчас, чуть позже.
- Ага…эту песню я знаю.- подумал Самир. – Именно об этом мне и рассказывали все жертвы твоего скупердяйства. Медушкин никогда не говорит «нет» напрямую, но он будет потчевать вас «завтраками» до тех пор, пока Вы не отстанете.
- Послушай, дорогой мой Петя. Давно хотел у тебя спросить, что это ты ходишь, как в «воду опущенный»?
- Я? Да потому что работы выше крыши. Вот только ты и заметил, всем остальным наплевать. Никто не думает о том, какие объёмы запасов у меня на хранении. Да у меня одних только патронов – триста видов номенклатуры. А все это нужно контролировать, пересчитать, принять, списать, а брак, а..?- вошел в раж Петр, видимо почувствовав благодарного слушателя.
Самир, решает пресечь этот поток мысли, дабы не провести всю ночь на складе. – Да, я-то как раз и понимаю какой объём работы на тебе держится, дрогой ты мой человек. Я же за этим и пришел. Может мы можем тебе как-то помочь, может надо подкорректировать производственные цепочки, ускорить, так сказать, связи? Какие есть жалобы?
Петя, даже опешил от такого широкого жеста со стороны администрации. Нахмурив брови он задумался. – Ну…еще одного грузчика мне бы не помешало, и программисты пусть базу почистят, подвисает. А из-за этого у меня отчет не формируется, а Степанида Ивановна, сам знаешь - строгая. Ругает она меня постоянно.
- Главный бухгалтер? За что ж она тебя так? Недостачи у тебя на складе не каждый день бывают. Ты как думаешь?
- Да, кто ж ее разберет, только не любит она меня. Все время придирается к каждой циферке. Каждый квартал, всю душу выматывает. А я уж, к ней со всей душой… - жалуется Петр.
- Ну-ка, ну-ка, поподробнее… Как ты контакт налаживаешь?
- Ну я всегда отчет приношу в папочке подшитым, никаких помарочек, никаких исправлений. Кладу его аккуратно на край стола, в кабинете ее молчу, не дышу даже, на нее не пялюсь. И отчет кстати, всегда печатаю ее любимым шрифтом.- гордо объясняет Петя.
- И все? – Самира откровенно пробивает на смех, но он держится из последних сил.
- А этого что мало? Неужели не понятно, насколько я ее уважаю и люблю…ну как профессионала, как специалиста своего дела.- в конец засмущался Медушкин.
- Ох, Петя-Петя. – вздыхает Самир. И положив руку ему на плече, уводит в глубь складского помещения, попутно, посвящая в свой гениальный план. - Ты подумай сам, почему Степанида каждый раз к тебе придирается?
- Ну не знаю я, Самир, честно, не знаю. Я ведь ее даже с днем бухгалтера всегда поздравляю.- оправдывается Петя.
- А с восьмым марта, с днем рождения?
- Нет, но это же очень личное. Вдруг она подумает про меня…нет. Ну не могу я ее так обидеть. – краснеет Медушкин.
- Значит так, я тебе сейчас дам совет, который гарантировано избавит тебя от придирок Степаниды навсегда. Но за это, ты окажешь мне большую услугу, Петя. Согласен?
- Конечно, да я на все готов ради Степаниды… то есть Степаниды Ивановны. - приосанился Медушкин.
- Короче идешь сегодня к ней с отчетом, но перед тем, как его положить на стол говоришь:
- «Степанида Ивановна, позвольте мне поучаствовать в номере самодеятельности вместе с Вашим отделом.» - и смотришь ей прямо в глаза, Петя. Понял?
- Ого. А в глаза смотреть обязательно? – шепчет Петр.
- Обязательно.
- А вдруг они меня не возьмут? – мнется Медушкин.
- А это, Петя, я беру на себя. А ты сегодня же пустишь сюда начальника отдела снабжения и пусть он отыщет военную форму на рост 155 см и берцы 35 размера. Договорились?
- Договорились. – довольно тянет Медушкин.
Тогда Самир с чувством гроссмейстера, выигравшего партию в мировом чемпионате, покидает склад и направляется в бухгалтерию. Ему предстоит еще «выпить чаю» с главным бухгалтером – статной и серьезной незамужней дамой.