— Мы не можем дать определенный ответ…
— Да ладно вам, детектив. Вы говорите, как Ричард Никсон. Все, что я прошу, так это представление о том, с чем мы имеем дело.
Литтман с непроницаемым лицом ответил:
— Доктор Эджвуд, я понимаю вас, но мы сами оказались в достаточно непредсказуемой ситуации. Существует вероятность, что профессор Роби может помочь нам в расследовании, и если так, то это может занять время. Если нет, мы будем знать об этом до конца дня, и утром он вернется на работу. Это все, что я могу вам сказать.
— А что за дело, в котором он может вам помочь?
— Извините, сэр, но я не могу ничего добавить.
— Хорошо, — сказал Эджвуд и встал.
Риэль и Литтман последовали за ним к двери.
Эджвуд вышел в коридор вместе с детективами.
— Пожалуйста, передайте мои наилучшие пожелания профессору Роби, — сказал он. — Скажите, что мы все его ждем.
— Конечно, — ответил Литтман.
Эджвуд смотрел им вслед с выражением неприкрытого любопытства, разбавленного небольшим чувством вины за то, что он так разоткровенничался о профессоре Роби. У него, похоже, ничего такого не просили, но что сделано, то сделано. Если Джон Роби был таким человеком, каким его считал Эджвуд, значит, он сможет о себе позаботиться.
Декан вернулся в кабинет и тихо прикрыл за собой дверь.
ГЛАВА 32
— Меня зовут детектив Роберт Миллер.
Роби кивнул, но ничего не сказал.
— А вас как зовут?
— Роби. Меня зовут профессор Джон Роби.
— Я хотел задать вам пару вопросов, профессор Роби.
Роби улыбнулся.
— О чем?
— О людях, которых вы, возможно, знаете.
— У меня мало знакомых, детектив. Ученые ведут уединенный образ жизни, знаете ли.
— Я понимаю, сэр, тем не менее считаю, что вы могли бы нам помочь.
Роби помолчал несколько секунд. Он посмотрел на дверь закусочной, потом в окно и снова на Миллера.
— Если вы планируете меня задержать, тогда хотя бы отправьте кого-то в колледж. Пускай встретятся с Аланом Эджвудом. Он мой декан. Пускай сообщат, что меня задержали, и извинятся от моего имени. Это можно устроить?
— Можно, — ответил Миллер.
— Большое спасибо.
— Присядем? — спросил Миллер, указывая на один из столиков.
Метц и Оливер сидели в машине на другой стороне улицы и следили за закусочной. В противоположном здании на четвертом этаже расположились два офицера спецназа. Они просто наблюдали, но могли вмешаться в любой момент, если Роби попытается убежать.
Роби поставил кофе на столик и сел. Миллер устроился напротив. Рос остался сидеть у стойки.
— Вы выглядите усталым, детектив Миллер.
— Мне пришлось потрудиться, чтобы найти вас, — сказал Миллер.
— Меня? С чего бы вам искать меня?
Миллер внимательно посмотрел на Роби. На вид ему было за сорок, каштановые волосы тронуты сединой на висках, суровое лицо чисто выбрито. Его глаза были непонятного цвета — ни серого, ни зеленого, ни голубого, а какого-то смешанного оттенка. Вокруг глаз и по лицу пролегли неглубокие морщины. Держался Джон Роби как человек, который уже всего достиг. По-другому Миллер не мог это описать. В отличие от большинства людей, которые куда-то спешат, надеются на лучший исход, для Роби, казалось, все уже было кончено. Он не нервничал и никак не отреагировал ни на приход Миллера, ни на его предложение ответить на некоторые вопросы. Он вел себя как человек, который ожидал подобной встречи, даже предвкушал ее.
— Мы искали вас из-за некоторых фотографий, — сказал Миллер.
— Фотографий? — Роби поднял чашку и глотнул кофе. Потом взглянул на машину на другой стороне улицы и снова перевел взгляд на Миллера. — Ваши люди? — спросил он.
Миллер кивнул.
— За мной?
— Мы ищем нечто очень важное, профессор Роби. Мы сейчас на таком этапе, когда решили, что вы можете нам помочь.
— Вы упомянули фотографии.
— Да.
— Чего?
— Кого, — ответил Миллер. — Фотографии вас и женщины по имени Кэтрин Шеридан.
— Кэтрин как? Шератон?
— Шеридан, Кэтрин Шеридан.
Роби понимающе улыбнулся.
— Я прожил долгую жизнь, детектив Миллер. Я несколько раз объездил весь мир. Я встречал сотни, если не тысячи людей. Не уверен, что помню кого-то с таким именем. По крайней мере, оно не всплыло у меня в памяти.