— До облавы на наркоторговцев, — сказал Рос.
— Облавы? — переспросил Таннахилл и улыбнулся. — Кто назвал это облавой? Это было фиаско. Информатора застрелили, Маккалоу ранили. Кого бы они там ни пытались захватить, он скрылся.
— То есть вы утверждаете, что это не была облава? — спросил Метц. — Маккалоу пошел туда сам?
— Конечно.
— Но в отчете в газетах сказано другое…
— Отдел по связям с общественностью, — пояснил Таннахилл. — Неудавшаяся облава звучит намного лучше, чем чокнутый полицейский и его информатор, пытающиеся изменить мир в одиночку.
Рос помолчал, пытаясь это переварить.
— Маккалоу уже собирались уволить, понимаете, — продолжал Таннахилл. — После сентябрьских событий он начал лажать. Опаздывал на работу. Билл Янг распекал его столько раз, что я уже и не упомню. Насколько я знаю, Янг собирался начать с дисциплинарных взысканий, но потом нам сообщили, что у Маккалоу есть зацепка по поводу еще одной партии наркотиков, на этот раз гораздо большей. Все уже готовились к брифингу, накручивали себя для дела, и тут внезапно мы узнаем, что Маккалоу пошел на дело сам с каким-то чернокожим парнем, которого потом застрелили, а Маккалоу опять начал теребить отдел внутренних расследований и еще непонятно кто.
— Если верить Янгу, отдел внутренних расследований не смог полностью изучить это дело, — сказал Рос.
— Маккалоу исчез, как кокаин в сентябре. Пропал, и больше мы о нем не слышали.
Рос молчал. Лицо Метца ничего не выражало.
Таннахилл пожал плечами.
— Вот, собственно, и все, — сказал он. — Не знаю, что тут добавить.
— Еще один момент, — сказал Рос. — Нам не удалось разыскать его фотографию. Удостоверение, которое он использовал для открытия счета в банке, было старого образца без фотоснимка.
— Да я не знаю, — сказал Таннахилл. — Его личное дело ушло в отдел внутренних расследований еще тогда. Сейчас мы не храним записи у себя. Они все собраны в одном месте где-то возле одиннадцатого участка. Можете пойти поинтересоваться. — Таннахилл помолчал, потом покачал головой. — Если только…
— Что? — спросил Рос.
— Оценивание, — ответил Таннахилл. — После сентябрьского задержания у нас проводилось оценивание участка.
Рос кивнул и улыбнулся.
— Фотографии с оценивания. Они у вас есть, верно?
— Конечно, — сказал Таннахилл. — Я могу сходить посмотреть, если вы не против подождать немного.
— Разумеется, — ответил Рос. — Нам здесь подождать?
Таннахилл поднялся со стула.
— Ладно, это всего этажом выше. Вы можете пойти со мной и помочь перебирать папки.
Рос и Метц отправились за Таннахиллом.
Записи, как обычно, были сложены в разнокалиберные картотечные шкафы, расставленные вдоль стен, и на многочисленных столах. Некоторые шкафы просели под весом папок, лежащих сверху.
Таннахилл криво улыбнулся.
— Простите за беспорядок. Уборщик ушел в отпуск.
— С чего начнем? — спросил Рос.
— Вон те файлы — это записи участка, — сказал Таннахилл, указав на правую часть помещения.
Он прошел в угол, Метц и Рос последовали за ним. Таннахилл с трудом вытянул верхний ящик, стоявший рядом с окном.
— Восемьдесят восьмой год, — сказал он. — С восемьдесят восьмого по девяностый. — Он вытянул соседний ящик. — С девяносто третьего по девяносто четвертый. Должно быть, четвертый или пятый ящик отсюда.
Метц начал открывать ящики, Рос последовал его примеру, и через несколько минут они обнаружили шкаф с файлами за период с двухтысячного по две тысячи второй год.
Таннахилл начал выкладывать каждый файл из ящика на пол. Они втроем дважды просмотрели каждую папку, каждую фотографию, каждый документ с июля 2001-го до конца года. Не было ни одного файла по Маккалоу. Никаких записей. Никаких фотографий.
— Должно быть, кто-то забрал, — сказал Таннахилл. — Это бывает, вы же знаете.
Рос не ответил. Он был уже на грани. Он знал, что если что-то скажет, то потеряет над собой контроль. Он уже приготовился упереться еще в один тупик, снова вернуться во второй участок ни с чем. И тут Таннахилл поднял голову и улыбнулся.
— Точно, — тихо сказал он. — Черт, это же очевидно!
— Что? — спросил Рос.
— Фотографии за год, они внизу. Маленького формата, но он там точно есть.
Метц и Рос снова пошли за Таннахиллом, на этот раз вниз, в административный отдел участка. Фотографии сотрудников участка, которые делались ежегодно, обычно развешивали вдоль коридоров, но в седьмом участке они висели вдоль стен столовой и актового зала. Таннахилл быстро нашел 2001 год, встал на стул, чтобы дотянуться до нужных снимков, и снял планшет с фотографиями с крючка. Он потратил несколько секунд, всматриваясь в лица на фото.