Прошло пять минут. В дверь постучали, и телохранитель открыл ее. В номер зашли еще двое мужчин. Крепкое тело дипломата было легко узнать даже сзади. Его помощник держал в руке спортивную сумку.
Дипломат и Хыонг Суан приветствовали друг друга. Их помощники оставались на заднем плане.
Хыонг Суан предложил дипломату виски, и телохранитель сразу же поставил бутылку и два стакана.
– Ты получил какое-нибудь напутствие от африканцев? – спросил Хыонг Суан и наполнил стаканы.
– Ой-ой-ой… Знаешь, нелегко иметь дело с этими неграми. По сравнению с жителями Мозамбика лаосцы – бедные муравьи.
Хыонг Суан засмеялся и поднял стакан. Они чокнулись, и дипломат подал помощнику знак принести спортивную сумку.
– Я привез с собой сувениры из дома, – сказал он.
Хыонг Суан заглянул в открытую сумку и довольно кивнул.
Карл Мюнхлер замер и уставился на экран.
Рога не видно.
– Где наша вторая камера? – спросил он.
Чынг открыл на экране еще одно окно. Камера была установлена достаточно высоко, чтобы показать содержимое сумки, но Хыонг Суан заслонял ее спиной.
– Давай же… – прошептал Карл Мюнхлер. – Встань так, чтобы можно было увидеть рога!
Хыонг Суан склонился над сумкой. Похоже, он собирался ее закрыть, и Карлу Мюнхлеру хотелось кричать от досады. Но Хыонг Суан не закрыл сумку, а достал из нее рог. Подержал его в руке и положил на стол.
У Карла Мюнхлера перехватило дыхание.
На экране компьютера было видно, как Хыонг Суан покопался в сумке и достал еще один рог. Такого же размера. Карл Мюнхлер, не веря своим глазам, склонился к ноутбуку.
– Вы понимаете, что это означает? – прошептал он и, не дожидаясь ответа, продолжил: – То, что один из этих рогов настоящий! И их адвокатам придется попотеть в суде, что для нас очень важно.
В номере на другой стороне улицы Хыонг Суан осторожно сложил рога в сумку и застегнул молнию. Потом сказал что-то своему помощнику. Тот немедленно поставил темно-коричневый портфель на стол и открыл его. Портфель был заполнен аккуратными стопками долларовых банкнот.
Дипломат довольно кивнул. Помощник закрыл портфель и протянул ему.
Хыонг Суан поклонился, показывая, что встреча закончена.
Карл Мюнхлер, Чынг и Хан Данг подождали, пока все участники покинут номер, и вскочили со своих мест. Они размахивали руками, обнимали друг друга и кричали от радости.
После того как все успокоились, Карл Мюнхлер достал телефон и позвонил Робу Чезею.
Йоханнесбург, Южно-Африканская Республика
На экранах в спинках сидений шел анимированный инструктаж по безопасности, и Роб поставил телефон в «режим полета».
Он занервничал и вытер влажные от пота руки о джинсы. Теперь пути назад нет.
Самолет медленно приближался ко взлетно-посадочной полосе, и вдалеке в вечерней темноте Роб увидел идущий на посадку самолет.
«Я все же сделал это, – подумал Роб. – Черт возьми! Теперь клип на всех каналах группы. В YouTube, Twitter, Facebook, Instagram, Snapchat и на официальном сайте “Нации упрямых”».
Роб сунул телефон в карман сиденья и откинулся назад. Потом снова сел ровно, пытаясь выбрать удобное положение для ног.
Телефон был в «режиме ожидания», и в отражении экрана он увидел себя – блондинистого, коротко подстриженного мужчину с усами. Он подстригся сегодня утром. И воспользовался осветляющим средством для волос, которое Табиса купила ему по пути в Йоханнесбург. Оно было таким сильным, что, казалось, Роб сжег себе все волосы. Но при этом эффективным. Даже цвет волос Билли Айдола выглядел бы темным по сравнению с волосами Роба. Если бы на границе открыли его паспорт, могли бы быть серьезные проблемы.
Двигатель самолета набирал обороты, и Робу хотелось вскочить, заставить стюардессу открыть дверь и выпрыгнуть из самолета.
Он закрыл глаза и вцепился в подлокотники.
«Что я затеял? – подумал он. – Они, черт возьми, снова попытаются убить меня!»
Самолет взлетел, колеса оторвались от бетона, и Роб подумал, что никогда не испытывал такого недостатка твердой земли под ногами, как в эту минуту.
Ханой, Вьетнам
Хыонг Суан решил принять джакузи на верхнем этаже двухэтажного дома. Горячий пар поднимался вверх, к потолку, и окна снова запотели. Температура воды была оптимальная, 41 градус, – тонкая грань между болью и удовольствием.
Он погрузился по самую шею, позволяя теплу обволакивать плечи, и положил голову на мягкий подголовник, а через несколько минут выключил подачу воздуха и просто наслаждался тишиной. И еще одним удачным днем.
Он заплатил послу Чу за рога сто тысяч долларов. Когда он распилит их на мелкие кусочки и продаст на черном рынке, то сможет заработать триста двадцать пять тысяч и, таким образом, получит неплохую прибыль – двести двадцать пять тысяч долларов.