Иногда прогуливаясь по дворцу памяти, Виктор все больше и больше рвался вниз, старался попасть в самые глубокие, дальние коридоры света, радости, тепла, где навсегда осталось счастье, любовь, жизнь. Раньше это ему удавалось без особого труда. Находясь там, он вновь и вновь мог восстанавливать в своем сознании крупицы теплых чувств и ощущений, которые он испытывал раньше. Воспоминания начинались с трехлетнего возраста. Это были чудесные годы для Виктора. Три, четыре и пять лет мальчику. В то время он мог с уверенностью сказать, что у него была настоящая семья. Отец тогда ещё не пил так много, и они всей семьей в это время каждое лето ездили к бабушке Виктора по отцовской линии в деревню.
В саду росло много яблонь, и каждый август он превращался в сказочную яблочную страну. День Виктора начинался с того, что он просыпался от запаха вкуснейших бабушкиных оладьев, вкус которых ещё хранился на тех, самых дальних уровнях дворца памяти. Его бабушка с раннего утра уходила работать в огород. Виктор старалась не отвлекать ее от повседневных дел и поэтому проводил часть времени за просмотром старых газет, которые почему-то никогда не выбрасывались. Однажды они вдвоем с бабушкой посадили дерево, и ему тогда не казалось это чем-то потрясающим и значимым. Но многие годы спустя, и сейчас, он приходил к выводу, что это было крайне важным для него.
Виктор хотел без раздумий отдать половину всей жизни и вампирское бессмертие только для того, чтобы снова вернуться в то время, увидеть бабушку, своего трезвого отца, мать. Посадить дерево с бабушкой, сыграть в шахматы с отцом, помочь на кухне матери.
Всё исчезло, когда умерла бабушка. Виктору тогда было пять лет. Именно это событие заставило начать отца пить и избивать их с матерью, а мать, как следствие, тоже выбрала свою дорогу. Она через подруг и знакомых пристрастилась к наркотикам. Частично, и отец был инициатором "вечеров травки", так как тоже стал понемногу увлекаться смесями. Но семья окончательно рассыпалась на мелкие кусочки, когда мать перешла на героин. Это её убило, когда Виктору было восемь.
Нельзя сказать, что эти мысли канули в небытие. Просто последние годы, особенно после обращения в вампира, Виктор не мог пробиться к этим залам счастья и доброты дворца памяти, чтобы наполнить часть сущности добротой и теплом. Как он не пытался, двери в самые глубокие этажи дворца оставались запечатаны, а вокруг его окружала только тьма, невозвратность и злоба. На каждом шаге, чем выше он поднимался по ветхим лестницам, во дворце памяти всё больше и больше вспыхивали печальные воспоминания, наполненные ненавистью и болью, а освещение делалось всё слабее. Последние пару ярусов были заполнены уже после того, как Виктор стал вампиром. Освещение здесь полностью отсутствовало. Была кромешная тьма. Виктор никогда в жизни не боялся темноты, но эта была особая темнота. Она была соткана из волокон страдания, боли, злобы. Попав в эту тьму, лучше было просто закрыть глаза и не рассматривать воспоминания, хранившиеся в этом страшном месте, но в таком случае Виктор мог показать самому себе, своему монстру, жившему в нем, что он чего-то боится. Продемонстрировав это самому себе, он считал, что потеряет самообладание. Всем окружающим станет понятно, что он струсил, сдрейфил, что не способен более справляться с новыми задачами. Из-за этого он при каждом удобном случае вновь и вновь погружался во тьму последних ледяных холлов и коридоров своего дворца памяти, чтобы впитать в себя ещё больше энергии, которая образовывалась в результате новых реалий его существования.
Чтобы окончательно не сойти с ума, Виктор, будучи человеком, себя постоянно убеждал в простых для него истинах. За беседами он пытался внести эти истины своим друзьям и иногда вместе с тем проговаривал:
"Я не верю в рай. Не верю в ад. Верю в боль. Верю в страх. Верю в смерть. И верю в ангелов. Они постоянно окружают всех, посылая каждому из нас проклятия или избавления."
Единственным лучиком пускай не доброты, но сдержанности и относительного спокойствия в этих ярусах памяти, которые Виктор всем сердцем ненавидел, являлась Алиса. Она всегда его поддерживала. Он был очень многим обязан именно ей, а она - ему. Будучи ещё восьмилетним ребенком, Виктор во дворах дрался из-за неё с такими же беспризорниками, как и он сам, которые были на несколько лет старше его. За годы его бродяжничества и нищеты Виктор многократно вступал в схватки. В одиночку или в компании, но он никогда не испытывал страх. Алиса всегда была рядом. Нельзя сказать, что она умела хорошо драться, но Виктор очень ценил факт, что она никогда не пряталась за его спиной. Она всегда была рядом и неоднократно помогала ему в схватке. Виктор бросался в бой, никогда не думая, один он или не один. Улица помогла ему освоить мастерство рукопашного уличного боя, однако в первые годы бродяжничества многократно побеждали и избивали до полусмерти как его одного, так и Алису. Много раз они попадали в отделение полиции. Эта девушка всегда была на его стороне, даже если он был не прав. Не было ни одного случая, чтобы она его предала, так же, как и он - её.
Виктор любил Алису. Всем сердцем, всей душой. Это был единственный отголосок доброты в его переполненном злобой сознании. А Алиса любила его.
- Ребята, внимание!
Чуть слышный голос Алисы заставил Виктора моментально вернуться из дворца памяти в реальность. Моментально все разговоры прекратились, и все уставились на подъезд Иванова.
К подъезду подкатила тонированная BMW. Из иномарки вышли четверо и скрылись внутри, а сама машина с водителем заняла одно из парковочных мест на парковке около дома. Среди них Виктор узнал некоторых из тех, с кем встречался пару часов назад тут же, около дома, но из - за тонировки водителя разглядеть было невозможно.
XVI. Добыча
Новая команда, которую сформировала Лена, уступала боевым навыкам и способностям по сравнению с Саней, но деваться было некуда. Лена также понимала, что время может идти не на годы и месяцы, а на часы и минуты, поэтому решила подвезти до "объекта" новых своих подопечных на своём личном автомобиле. У них было четкое задание: захватить Иванова Максима. Но чувство самосохранения и чутье подсказали вампирше, что может быть небезопасно ехать самой, поэтому она подстраховалась. Это в этот раз спасло ей жизнь.
Поднявшись на второй этаж, прежде всего один из вампиров оборвал телефонный кабель, который шел через лестничную площадку в квартиру Максима. Затем другой из них достал две отвертки и, стараясь не шуметь, стал открывать замок у двери.
***
В это время в самой квартире Максим, Настя и Оля досмотрели кассету и обсуждали, что дальше с этим всем делать. Интуиция подсказывала, чтобы не произошло, это должно случиться в самое ближайшее время.
- Я думаю, мы все ещё живы, потому что кассета у нас в целости и сохранности, - предположила Оля.
- Не совсем. Мы живы, потому что вампиры считают, что кассета у нас. Но поскольку мы знаем пророчество, остальную информацию можно размножить и разослать вместе с копиями бумаг из папки в информационные агентства. Этим мы нанесем им удар.
- Настя права. - согласился Максим. - Давайте именно так и поступим.
- Хорошо. У Олега есть друзья, которые занимаются монтажом видео. Отдадим кассету ему при первой возможности и попросим сделать копии.
Внезапно Оля остановила всех знаком руки.
- Я что-то чувствую. Вампиры. Они рядом.
Они замолчали и прислушались. В замке входной двери был чуть слышен какой-то скрежет.