— Что ты скажешь? — задал вопрос старик.
Я пожал плечами, но затянул цепочку стандартных литаний, обходя двигатель по кругу. Мне нужно было выиграть время, чтобы составить хоть какое-то мнение. Двигатель выглядел потасканным. Новые детали выделялись на более потемневшем корпусе. Сразу бросались в глаза нитки пока непонятных мне трубопроводов. Часть из них была заменена, другая — запаяна, третьи, казалось, стояли тут с момента его сборки. Сильнее всего бросалось в глаза чёрное сопло и его регулируемые лепестки, покрытые слоем нагара. Вся техника Империума работала либо на электричестве, либо на прометии. Последний и применялся в этом двигателе. Это было универсальное топливо с высоким энергетическим содержанием и КПД. Он мог немного различаться от мира к миру, но существовали стандарты, за соблюдением которым Империум строго следил. Практически из одной бочки можно было заправлять как трактор, так и космический корабль, что сильно упрощало логистику.
Но время шло, а явных проблем я не видел.
— Я слышу духов, но их голоса туманны, я не могу понять причину их недовольства. Возможно, подробная информация по этому механизму поможет мне? Да, и почему его сняли? — задал я вопрос и попытался сыграть на том, что уже однажды сработало.
Старик сощурил единственный бионический глаз и махнул рукой, призывая следовать за собой. Уже отвернувшись от меня, бросил:
— Тяга пропадает, со слов пилотов, порой совсем отключается.
Следуя за ним, в голове я перебирал варианты. Это могут быть фильтры, засоры в трубопроводе, низкое качество топлива, проблемы с его подачей. Да, не зная устройства, вариантов придумать можно много.
Мы добрались до помещения, где обычно пили чай, но на этот раз прошли немного дальше. Старик остановился возле когитатора и минут пятнадцать с ним работал, после чего подошёл ко мне и перекинул данные со своего инфопланшета на мой. Их объём был на несколько порядков больше чем то, что мне отправлял учитель. Я отметил, что нужно создать отдельные подкаталоги для них.
— Это всё, что у меня есть, — он отвернулся и помолчал немного. — Три дня, слышишь, малец, у тебя есть три дня. А теперь ступай.
Больше ничего не говоря, он проводил меня до выхода.
Я так и не понял, что это было: просьба или приказ. Но для себя я решил это считать вызовом. Было очевидно, что над агрегатом работали, но не справились. И возможно, меня пригласили лишь для галочки, что сделали всё, что могли. Тем сильнее мне хотелось справиться с поставленной задачей. Даже о вознаграждении заикаться не стал. Количество и качество полученной информации перекрывало его с лихвой.
Я впервые работал со столь сложным механизмом, как двигатель челнока. Мне предоставили не только стандартные обряды и литания, но и схемы, описания и даже технологии изготовления некоторых узлов. Информации для разбора и изучения было огромное количество. Я заказал ещё несколько порций стимуляторов и со всей страстью окунулся в документацию.
Спустя два дня я был готов приступить к диагностике. Мне пришлось изучить только общие принципы и те узлы, что могут вызвать подобные неполадки. Я даже разорился на специальные разъёмы для диагностики и настройки управляющих элементов, это нечто вроде наших микрочипов. Они позволяют считывать и загружать бинарные таблицы с настройками и параметрами работы. Интереснейшая вещь, которую я горел опробовать.
Под звук невнятных литаний я принялся за работу. Методично разбирал и проверял узел за узлом, трубопровод за трубопроводом. В наиболее подозрительных местах промывал трубопроводы раствором кислоты, благо прометий с ней не реагировал. Устранил несколько засоров и вымыл кучу грязи. Самое интересное было с инжектором впрыска топлива. Битовая карта, которую я считал с него, совершенно не совпадала с табличной. Не спеша делать выводы, я направился ко второму двигателю и считал карту с него. Тут карта тоже была изменена, но не так сильно. Поверхностный осмотр не выявил отличий в компонентах. Поэтому можно принять, что двигатели одинаковы. Рисковать и записывать заводскую карту я не стал. Прошил образ с соседнего движка. Оставались сомнения о возможной индивидуальной настройке, но в моём пакете данных информации об этом не было.
Теперь необходимо было сообщить старику, что духи довольны, и надеяться, что это корыто не рванёт при испытаниях. А вот и сомнения подоспели. Да поможет мне Омниссия и духи этой машины.
Испытания проводились здесь же. Группа техновидцев споро установила двигатель и подготовила челнок к вылету. Пилот зашёл в кабину и начал предполётную диагностику. Мне хотелось находиться внутри во время испытаний, но страх аварии сковывал. Семь бед — один ответ. Под конец проверки и переборол себя и зашёл внутрь. Сомнительно, что мне простят взрыв или аварию, а мелкую неисправность смогу пережить. Так лучше провести испытания внутри рядом с пилотом.