Тело ныло, но нужно было закончить ещё один сегмент с значительными утечками…
Без подлянки не обошлось, стоило мне доложить об окончании выполнении директивы и практически полном исчерпании материалов, как мне поступило распоряжение выдвинуться и заняться ещё одним сегментом корпуса. К моей радости атмосфера в сегменте присутствовала, а из утечек было всего две небольшие трещины. Причиной оказался окислившийся контакт датчика и как следствие сигнал об разгерметизации.
Мчаться и докладывать я не стал. Пусть это будет воля Деус Механикус, и я собирался потратить время на отдых и учёбу. Ведь свободного времени у меня почти не было. В этот раз я уделил время структуре и компоновке корабля. Из интересного выделил, что судно похоже на броненосцы первой мировой. Есть герметичный корпус, который постоянно сифонит и его нужно латать. Есть броневой подбой, который в первые несколько тысяч лет способен обеспечивать герметичность и смягчать удары пришедшиеся на броню. Но требующий периодической замены, так как дубеет и теряет свои свойства. Ну и, собственно, сама броня, принимающая на себя удар.
Замена брони не представляет из себя особой проблемы, это штатная операция для многих верфей и даже частично осуществимая силами экипажа. Замена броневого подбоя это уже более дорогая и трудозатратная операция, чаще всего она проводиться лишь частично, на наиболее старых участках. К тому же новые и особенно лёгкие суда, в последние тысячелетия вообще лишены его. А вот основной корпус целиком не меняется. Это сродни с полной реконструкцией судна и чаще всего это не цели сообразно. Особенно для таких старых судов как проект «экзорцист» Вот и приходиться регулярно восстанавливать его целостность.
Итоговый доклад я отправлял с того же узла, на котором оставил ребят. Не их, не ящиков на месте конечно не было. Но и отсутствие следов драки навивало мысли, что с ними всё хорошо. Мой доклад был принят, а отсутствие новых директив означало, что работа окончена. Ещё часа четыре пути и можно будет отдохнуть на койке.
Стоило нам покинуть нижние ярусы, как градус моей паранои упал. Я позволил себе расслабится и устроиться на изрядно полегчавшей тележке. Сервитор тащил тележку, на которой восседал я уставившийся в инфопланшет и лишь изредка отвлекаясь что бы скорректировать его маршрут. И регулярно кидаемые на нашу процессию взгляды совершенно не смущали.
Спальные места у нас были казарменного типа по дюжине коек в помещении. Скорее всего это была очередная попытка нас ущемить. Но взамен каждому выделили по небольшому закутку на складских ярусах. Размер разнился в зависимости от положения и достижений. Мне достался старый контейнер размером чуть больше гаража. Там то я и оставил тележку. Остатки материалов сложил на полки, а батареи поставил на зарядку. Лаз пистол пришлось убрать в небольшой тайник, совершенно пустой до этого момента. За материалы я совершенно не переживал это считалось нормальной практикой оставить себе до 5% сэкономленного. Тем более списание мне подтверждал один из наших. Но с этим можно было и повременить. А вот вернуть сервитора следовало как можно скорее. Погонщики очень не любили, когда их подопечных задерживают почём зря. Стойло встретило меня не привычно. На одном из стендов по обслуживанию был «местный» сервитор. Мы захватили с собой почти сотню, как и стенды для их обслуживания и хвала Омниссии за прозорливость магоса Миртара, главы нашей экспедиции. Местные сервиторы были больше похожи на героев фильмов ужасов, и делались из преступников или просто неудачно подвернувшихся бедняг. Ведь статью всегда можно найти, а неуважение или оскорбление культа подходит для этого как нельзя лучше.
Человеческая составляющая таких сервиторов так и норовила взбрыкнуть, затупить или даже не дай Омниссия ослушаться. Грубые аугментации и отсутствие должного обслуживания сокращали срок их эксплуатации до двух трёх лет.
- Брат Кнуцио, я хотел бы вернуть этого сервитора в стойло. – Кнуцио отвлёкся от работы.
- Тиампер, проходи. Ты же знаешь нужные обряды и летания. -он указал на пустующий стенд.
Хотелось спать, но доверие и отношения нужно поддерживать. Поэтому кивнув я занялся сервитором. Литании проверки, омовения, кормления и масса других затянулись минут на сорок.
Наконец таки закончив и отведя сервитора в место ожидания я направился к Кнуцио.