Нужно было изучить подробнее присланные данные, с точки зрения найденных неисправностей и переварить новые ощущения. А комфортнее всего это было сделать в моей мастерской.
Металлический стакан с заваркой приятно парил перед лицом, а кусочек солёного крекера медленно расползался во рту. В отличай от трав с Жао-Аркад запасы галет неуклонно таяли. Этому способствовали наскоки одной неуёмной особы. Инфопланшет едва слышно тренькнул. Вчитавшись в сообщение понял, что сегодня их запасы уменьшаться ещё сильнее. Получив команду с инфопланшета магнитный замок щёлкнул и в помещении стало на одного адепта больше. Дверь за спиной мягко закрылась и повторный щелчок оповестил, что мастерская снова отрезана от мира.
Человеческая рука легла мне на голову, в то время как аугментировннная кисть, раскрывшимся пинцетом, молниеносно подхватила с стола кусочек крекера. Над головой раздался хруст.
Панна так и не научилась смаковать их, растягивая удовольствие, вместо этого жадно сметая всё в области видимости. А вот мою не любовь к прикосновениям аугментированной конечности заметили быстро. И без необходимости старалась не пользоваться ею. Это было странно с точки зрения адепта Омниссии, но особо с расспросами она не лезла. Её рука было скользнула под мантию и ниже, но была остановлена моей. Мысли блуждали в схемах шаттла и текстах летаний, мне было не до «эмоциональной разрядки, через стимуляцию биологической составляющей» как именовала этот процесс Панна.
Инфо планшет снова тренькнул. Скосив взгляд я слегка сморщился. Сгорел сарай, гори и хата. Процедура с замком снова повторилась. На этот раз под ударом оказался стакан с горячим напитком. Панна же уже сидела рядом, слегка отстранено и надменно. Как будто всегда, так и было.
По другую от неё сторону, на металлический короб приземлилась лысая голова с шестерёнкой. Будто следуя дурному примеру Маяр сокращал мои запасы чая. Его бдения на оружейных палубах закончились не малым успехом. Подробностей не знаю но его отмечали, а то, что он смог сохранить статус ученика, само по себе значило не мало. Так я и сидел окружённый хрустом галет и присёрбыванием отвара. Раздражение и злость копились с каждым новым звуком и вот когда они уже были готовы вырваться наружу передо мной появились стакан и надкушенная галета.Пришла моя очередь издавать звуки. Смакуя галету и запивая уже подстывшим, терпким чаям, я пытался понять как эти засраны так тонко чествую нужный момент.
- Завтра мы выходим из варпа. – нарушил тишину Маяр
- Счёго ты это взял? – с недоверием спросила Панна
- Мы окончательно прекратили работы с макробатареями и зарядными элеваторами. Теперь там носятся транс механики, уговаривая духово машины обеспечить надёжную связь макробатарей и корабельных ауспиков. – Весь его вид говорил, что это должно быть понятно и самому тупому послушнику на свете.
– Как продвигается твоя работа? – этот вопрос был адресован уже мне.
- Механизмы изношены, а дух машины всё еще беспокоен. – отделался я общими фразами.
То, что мне подсунули полную развалюху, было понятно ещё в самый первый день. Удивительным оставалось то, что еще недавно она умудрялась совершать рейсы. Общий износ агрегатов, некомплектность некоторых критически важных узлов, рассогласованность систем управления и навигации. Проще было указать то, что там работало исправно. Про отсутствие таких систем как пожаротушение и резервное жизнеобеспечение я вообще не говорю.
Радовало только возможность, украдкой, наблюдать за группой пуритан. Моё присутствие вызвало в них соревновательный порыв. Количество священного масла, благовоний и летаний выросло в разы. Порой я едва сдерживал смех от тех перл, что они отмачивали. Вишенкой же на торте стало торжественно окунание турбины в ванну с святым маслом. При её пробном запуске я ожидал взрыва и опасался как бы и мой труд не зацепило обломками. Но всё ограничилось столбом дымной копоти затянувшей добрую половину ангара. К моему глубокому изумлению турбина проперделась, прочихалась и стала работать ровнее, лишь изредка подкашливая не до конца сгоревшим промитием. Надо было видеть эту троицу. Казалось гордость и самодовольство которое они излучали примет овеществлённый вид и его можно будет собирать лопатами.
Мои дела шли с переменным успехом. Я занимался только первоочередными системами. Переборка и чистка турбин была одним и самых простых частей. С нагнетателями и дозаторами прометия было сложнее. Детали на них пришлось где то восстанавливать, а где-то и подпиливать напильником, подгоняя по месту. Сильно выручила возможность разместить заказ на ряд деталей у более опытных адептов.