- Егор Кириллович? Вам повестка, - на пороге появился полицейский.
- Где поставить подпись? – произнес Егор.
- Как хорошо, что вы не пропали, - сказал полицейский, увидев Марину за спиной Егора, – вам тоже завтра на два часа.
Отпустив Марго в свой свободный и независимый мир, Егор и Марина сели в машину и поехали в квартал, где она жила. В окнах пролетели люди, деревья, машины, киоски. Пролетели так стремительно, что Марина и Егор не помнили о чем говорили по дороге. Возвращаясь туда, где было плохо, боли обычно не чувствуешь, чувствуешь потерю времени и пустоту.
Остановились перед домом, в котором семь лет прожила Марина. Егор наклонился и посмотрел в лобовое стекло на дом. Обшарпанная хрущевка уходила в землю. В глаза бросился двор без дворника. Разломанные лавочки. Вырванный асфальт. Дети, играющие во дворе чем-то напоминали советских, в простой одежде, но беззаботные и веселые. Настоящие дети со счастливым детством. Именно дети и украсили собой жуткий двор. Кого же привел к себе в дом Егор? Какое у женщины, сидящей рядом с ним, прошлое? Чего ждать? Как себя вести? Егор задумался. Задумалась и Марина. Она понимала, что не ее внешние данные станут впоследствии важными для Егора, а ее душа, которая была изранена и больна. И закрались сомнения: что если ее роман быстротечен, временное явление? Но Егор был умным, он понял атмосферу, в которой жила Марина, и хотел еще больше оградить от этого ада свою женщину. Что тут скажешь? Любовь.
Мужчина посмотрел на Марину, сделал вздох, его рука потянулась к ручке машины.
- Ты меня здесь подождешь? – спросила Марина. Она не планировала, что Егор пойдет вместе с ней. Она хотела взять картину, сесть в машину и быстро уехать из этого места и никогда не возвращаться.
- Я тебя провожу, - выдохнул Егор. Он произнес это уверено. Он отказ не примет. Он проводит.
- Не стоит, - все-таки решила сказать Марина. Она тоже упрямая. Она будет пытаться его уговорить. Она не хочет, чтоб он видел, в каких условиях она провела долгих семь лет. – Я мигом, только возьму картину и поедем.
- А вещи? – спросил удивленно Егор.
Какие вещи? Джинсы, две футболки, кроссовки… старая куртка, пальто и шарф… - все ее вещи. Богатые не знают как живут бедные. Богатым не понять!
Егор смотрел на Марину и думал: ну хоть что-то же он должен о Марии знать? Он понимал, что Марина не обеспеченная. Знал приблизительно какая зарплата у школьных учителей и какая стоимость аренды квартиры, даже в такой дыре. И видел, что Марина не пустит его в свое прошлое. Но если он решил быть с ней – он обязан знать и разделить с ней все: настоящее, будущее и даже прошлое. Каким бы темным оно ни было!
И Марина решилась.
- Я снимала квартиру, мне подходила цена.
- Я понимаю, - сказал Егор и внимательно посмотрел на свою женщину. Не просто посмотрел, а буквально заглянул ей в душу, в ее внутренний мир. – Я все понимаю. Марина, ты мне очень нравишься. А с теми, кто нравится, так не поступают.
Марина подняла опущенные глаза. В глазах был написан вопрос «Как?» и столько боли… неужели кто-то еще может вынести столько боли, которую отражали эти глаза?
Егор продолжал:
- Я не мальчишка, который забирает девушку к себе на ночь. Я не буду ждать в машине. Я здесь, чтобы помочь. Потому что ты мне небезразлична. Более того, я хочу провести с тобой всю оставшуюся жизнь. Я имею право требовать, чтобы ты была со мной открыта. По крайней мере, когда я рядом.
- Но я бедна, – тихо произнесла женщина.
Сказала и мир вокруг рухнул. Ведь бедность – это стыдно. Бедность - это неумение выстраивать план и идти к цели. Бедность – это старость, немощность, инвалидность. Бедность – не для молодых и полных сил. Марина это знала. Она не была глупой, но как сказать Егору, что есть рок, провидение, судьба. Поверит ли он, богатый человек, что у кого-то с высшим образованием и головой на плечах может не получиться?
- Я знаю. Разве это имеет значение? – сказал Егор. - Сегодня ты бедна, а завтра богата. И наоборот. Это называют жизнью. Все так живут. Я тоже так жил. Пошли, заберем твою картину. И вернемся, выберем отель, может, еще успеем махнуть завтра в Прагу. Я долго не могу находиться в отпуске. У меня сделка намечается.