— Первое впечатление — шляпа новехонька. Однако экспертиза говорит: «Собственно, шляпа и креповая лента на ней мыты трижды. Сохранившиеся микрочастицы говорят, что в первый раз фетр мыли банным мылом. Далее идет наслоение детского мыла. В последний же раз применялся раствор воды с хлорной известью».
— Что следует из этого? — опять спрашивал Язин и отвечал:
— Поскольку шляпа чищена в сезон один раз, возраст ее должен быть не менее года. Ворс шляпы не слипся, мало примят, приглаживался платяной щеткой.
В это время дверь открылась, и в кабинет вошел Жуков, заместитель начальника БОРа. Это был рослый, атлетически сложенный человек с румяным лицом и детскими голубыми глазами. Язин продолжал рассуждения, не обратив на вошедшего ни малейшего внимания.
— Череп владельца шляпы широкий. Если исходить из вертикальной нормы, перед нами сфероидный череп явного брахиоида.
Язин перевернул шляпу, положив ее вверх полями. Жуков, не проронив ни звука, сел перед Язиным и стал рассматривать серую шляпу.
— Дальше. Хозяин шляпы коротко стрижен. Точнее говоря, он стрижется каждое лето…
— Из чего это следует? — перебил Язина Жуков.
Начальник БОРа ответил, не поворачивая головы и не отрывая взгляда от шляпы:
— Внутри обнаружено три седых волоска. Наш удивительный Жигалов описал их подробнейшим образом, — И Язин опять заглянул в папку: «Предъявлены три волоска длиной в 7мм, с нормальной луковицей и соединительно–тканным сосочкам, возрастом от 13 до 16 дней».
За клеенкой шляпы подложена свежая бумага. Это говорит, что после стрижки шляпа стала велика. Бумага сложена в 16 слоев, — достаточно толстая подкладка и бесспорное свидетельство того, что у человека густая шевелюра. Бумага под клеенкой потребительская, для пишущих машинок, формат 203 на 288 мм. Здесь в наши руки попадает первый намек — не знает ли хозяин шляпы машинописи?
Язин достал из папки сложенную в несколько рядов бумагу, извлеченную из‑под клеенки шляпы, положил ее перед собой и, забыв о Жукове, вновь углубился в анализ, разговаривая сам с собой.
— На бумаге–вкладке сохранены отпечатки пальцев. Дактилоисследование говорит, что отпечатки подлинны, оставлены пальцами человека. В руках БОРа важная улика против врага — подлинные дактилоследы, по его недосмотру оказавшиеся за клеенкой.
Тут Язин замолчал, выровнял документы в стопку и, подтянув шляпу ближе, заговорил опять:
— Каково же лицо обладателя шляпы?
— У нашего противника лицо широкое, большое. Это нетрудно заключить из того, что жировые насалины на боковых частях внутренней клеенки значительно толще, чем насалины на лобно–затылочной части.
— Далее. Возраст человека более сорока лет.
— Из чего это следует? — не вытерпел Жуков.
Язин посмотрел в голубые, как бирюза, глаза заместителя и, не меняя интонации, спросил:
— Чем подтверждается, что возраст владельца шляпы около сорока? Жировые отложения, оставшиеся на клеенке, проанализированы Васьковым. Жир людей молодых, как известно, содержит больше влаги. По своей чудесной шкале Васьков и незаменимый Жигалов, независимо друг о друга, дали возраст от тридцати пяти до сорока лет.
Здесь Язин сделал самую длинную выдержку, с тех пор как вошел Жуков, и, весело посмотрев на своего заместителя, сказал:
— В наших руках, Юрий Ильич, теперь довольно точный портрет врага, ибо шляпа оставлена у кедра им, и никем другим. Постараюсь его воспроизвести. Это учитель средней школы, молодой еще мужчина около сорока лет. Высокий, с пышной, тронутой сединой шевелюрой на большой голове. Глаза светлые, вес более семидесяти четырех кило, руки большие, с длинными пальцами. На лето снимает волосы под бритву, ходит в сером костюме и коричневых туфлях, всегда до блеска начищенных. Одевается со вкусом, чистоплотен, всегда в свежей светлой сорочке. Прибыл в Сверкальск с Запада. Имеет собственную пишущую машинку, на которой печатает по слепой, то есть десятипальцевой системе. Дома пишет научную работу, скорее всего, педагогического характера. Женат, имеет много детей, честен, трудолюбив.
Жуков уже хотел было раскрыть рот и задать сразу несколько вопросов, как шеф перебил его. В серых глазах Язина пробежали лукавые огоньки.
— По вашим глазам, Юрий Ильич, вижу, что у вас по меньшей мере пять вопросов.
— Не меньше.
— Отвечу на них по порядку. Ваш первый вопрос — почему учитель?
На увеличенных отпечатках пальцев правой руки, — здесь Язин протянул Жукову пачку фотоснимков, — напомню, что они сняты с бумаги–вкладки, положенной под клеенку, дактилолинии стерты на концевых подушечках большого и указательного пальцев. Потертости эти химического характера. По таблице профессиональных потертостей пальцевых линий — это идет от мела, которым хозяин шляпы пишет на школьной доске.