Окончив реакцию «Феникс», человек отодвинул в сторону тончайшую посуду и принялся фотографировать расправленные на булавках и еще влажные листы восстановленного пепла. Бережно перевернув пепел на обратную сторону, он тщательно снял и другую его часть. Несмотря на солнце, человек пользовался еще электронной вспышкой, после фотографирования химик спрятал реставрированный пепел между промокательными листами и поместил их в алюминиевые кассеты. Тяжелый труд был окончен, и человек, издав вздох облегчения, расслабленно откинулся на спинку стула.
Уже не в первый раз в органы безопасности шли предупреждения работников НИАЛа о красивой лаборантке. Вот и сегодня, стоя у окна, Язин читал новое письмо профорга Алмазного института:
«…К тому же Орлова И. И. неоднократно и беспричинно остается в лаборатории синтетических алмазов, — писал Сальников. — Днем она под любым предлогом посещает чужие кабинеты и лаборатории, спускается в подвальный этаж института, хотя к тому служебной надобности нет. Пользуясь своей эффектной внешностью, Орлова Н. Н флиртует с тт. Ниловым, Баглаевым, Володиным.
Как профорг института, я часто слышу от людей нашего коллектива о странной заинтересованности бывшей лагерницы работой института по природным и искусственным алмазам…»
Вызвав своего заместителя, Язин коротко сказал:
— Надо задержать Орлову. От Сальникова уже два предупреждения. От Антонец и Шелкова, сотрудников института, по письму.
Жуков удивленно посмотрел на полковника.
— Послушайте, что пишет профорг:
«…Я как профсоюзный организатор Алмазного института АН СССР, опираясь на коллективное мнение, считаю, что пребывание Орловой Н. Н. в НИЛе противоречит правилам внутренней безопасности института».
Язин кончил читать и посмотрел на майора.
— Но на каком основании мы могли бы задержать Орлову? — спросил Жуков, и в его голосе послышалось сомнение.
Язин протянул заместителю синий пакет.
— Материалы здесь. Ознакомьтесь, пожалуйста.
— Не спугнет ли арест «Красную маску»?
— Исчезновение Светлова, несомненно, работа «маски». Значит, враг догадывается о поисках. Да и не пора ли нам, Юрий Ильич, перейти в наступление?
— Хорошо, — согласился Жуков, — Я прочитаю документы. По великому совпадению я тоже нес вам письмо о той же Орловой. Пишет сотрудник института Семишагова.
— Тем более необходимы срочные меры. Если вы согласитесь на этот шаг, то, быть может, сегодня же обратитесь к прокурору за ордером. Операция требует быстроты. Об аресте необходимо сообщить Сальникову, пусть он успокоит людей.
— Хорошо.
— Арест поручите Шубину. «Красная маска» должна думать, что дело ведет милиция.
Жуков в знак согласия наклонил голову и быстрым шагом вышел из кабинета.
40. Слово рентгена
Уже второй день моросил мелкий шелестящий дождь. Он лизал окна, иногда с порывом ветра врывался через форточку. Тусклый пепельный свет сгущал тени, и от этого лицо Язина казалось еще более усталым. Второй месяц к начальнику БОРа непрерывной цепью шли доклады, телеграммы, эксперт–данные, спецдонесения, вещественные доказательства, фотографии; напряжение поисков все возрастало, и Язин принимал баллистов, саперов, радистов, спускался за советами к генералу, посещал копи, НИАЛ, выезжал на операции.
Сегодня Язин был особенно утомлен, и Жуков, и Глебов, сидевшие за приставным столом, все не начинали доклада. Словно читая их мысли, полковник сказал:
— Приступайте, Юрий Ильич, все мы одинаково устали.
Жуков виновато улыбнулся и начал:
— По Светлову пока ничего нет. Как известно, Шапов, вернувшись из финотдела, куда его ложно вызвал женский голос, поисков Светлова не вел, полагая, что капитан в Управлении. Потеряно дорогое время. В день исчезновения Светлова в наружной проходной будке дежурил Пименов. Он показал, что работник финотдела выходил днем из зоны и больше не возвращался. Вахтер передал пропуск, сданный Светловым. Экспертиза показала, что пропуск подлинный.
— Допрашивался ли кочегар? — спросил Язин.
— Нет.
— Пусть Шубин допросит Зотова. Протокол немедленно мне.