- Хотя, что я! – Ти Сол вновь принял вольготную позу, в которой лежал до этого. – Есть у тебя один. Ты ж людей мочишь.
- Ты сначала всё правильно сказал, – наконец, издал звуки своего бархатистого и низкого, родного голоса, Химчан. – Я мочу людей. У меня нет недостатков.
- Ты забыл добавить тогда, что плохих людей. – Бандит и нарко-барон выключил звук у огромной плазмы на стене.
- А бывают хорошие?
- Меняй, хоть иногда, выражение лица, а то совсем человеком перестаешь быть. – Ти Сол допил банку и отставил её на пол. – Херин приедет на это Рождество?
- Нет, я попросил её остаться в Токио. – Химчан провел пальцем по стеклянной столешнице, где заметил отпечаток Ти Сола. Тот не обращал на него внимания, пока он достал платок и тщательно стер и свой след тоже. – Этот Дэниэл оказался легавым… за ней будут присматривать, если она приедет. Лучше я сам навещу её. Там у них меньше связей, проще будет спрятаться и нормально провести время.
- Как, теперь Япония узнает о неуловимой Красной маске? Новые крыши в огне?
- С этим покончено. Не хочу больше.
- Смею напомнить, что если ты мне понадобишься, то ты не посмеешь отказать! – не угрожая, но властно заметил Дон Тэхван. – Ты мне ещё нужен. Если ты устал быть киллером, то в моей профессии возврата нет. Наркотики, нелегальщина, конкуренты и враги… всегда кого-то, да нужно убрать.
Химчан промолчал.
- В конце концов, из-за тебя мне пришлось сыграть роль парня, с отрезанными яйцами! – Ти Сол засмеялся.
- Ты же знаешь, что мне тот вечер тоже трудно дался. – Парень поправил воротничок, словно боялся, что тот сейчас передавит ему горло. – Я боюсь вида крови. Я его на дух не выношу. Я едва смог перебинтовать порез, держа себя в руках, а когда пришлось облиться свиной кровью… мне даже дурноту играть не пришлось – мне было плохо!
- Я предлагал заменить краской.
- С ней были легавые, как я и предполагал. Они бы заметили по качеству, что это не то.
- Ты так и не сказал Херин, чем ты занимаешься? – после короткой паузы, продолжил Ти Сол.
- Для неё я владелец шоколадной фабрики. – Когда товарищ уже начал округлять глаза от изумления, Химчан ухмыльнулся. – Шучу. Она знает, что я связался с преступностью ещё с тех пор, как инсценировал первую смерть. Но, наверное, считает меня вором или взломщиком счетов олигархов, помня о моём хобби.
- Да уж, ты у нас теперь почти бог. Кто ещё способен иметь столько жизней?
- Кошки. – Парень впервые за долгое время слабо улыбнулся. – У них их девять.
- Когда ты пришел ко мне первый раз, ища помощи, более трех лет назад, ты больше был похож на испуганного хомяка. Хотя очень решительного и храброго.
- Конечно, я весил на две дюжины килограммов больше. – Химчан мельком посмотрел на своё отражение в серванте. – Теперь, даже если моё фото покажут моим бывшим одноклассникам, они меня не узнают.
Они снова помолчали, попивая каждый своё. Ти Сол выключил телевизор полностью.
- Ну, а с девчонкой что? Наигрался?
- Я не играю с женщинами. – Химчан повернулся спиной, хотя в лице всё ещё не переменился. Безграничная выдержка, холодность, непроницаемость. – Я не умею играть с женщинами.
- Никто тебя не заставлял отдавать её другому! – Ти Сол махнул на него рукой, включив телевизор. – Иногда убеждаюсь, что ты на самом деле псих, только не окончательно ещё двинувшийся.
«Разве когда любишь, нужно делать так, как хочешь сам, а не так, как хочет человек, которого любишь? – Химчан опустился на кресло, отключившись от происходящего и глядя в сторону экрана, но сквозь него. – Разве мог я взять её себе силой, если она любила Джейсона? Я ведь пытался по-честному… когда она приехала ко мне с Джонхеном, и я впервые увидел её… смешная, почему она всё-таки подумала, что я втянул её в это? Я ведь встроил ей жучок в ту ночь, когда она впервые переночевала у меня. И сделал отпечаток её ключей от дома, лежавших в сумочке. И не выдержал, чтобы не пробраться… нужен был мне этот пистолет? Конечно же, нет…»
- Шуму ты с ней много навел и суеты. Зачем столько было непонятных и тупых мельтешений? – бросил вдогонку Ти Сол.
- Если оставить после себя какую-то мелочь, то за неё зацепятся, – отвлекшись от мыслей, пояснил Химчан. – А если оставить множество мелочей, то в них запутаются.
«… когда я понял, что она любит Джейсона, а у меня на руках были все повадки, целая анкета о характере Джейсона от его первой жены… разве мог я не воспользоваться этим и не попытаться?.. Пока она была в деле – она была рядом. Я мог пытаться быть для неё другом, спасителем, помощником, героем… но ей всё равно нужен был господин Ким. А я даже и не подумал убить его из ревности. Ревность? Какая глупость. А потом ещё объявился этот Алекс… умелый соблазнитель… но ликвидировать его с помощью подставы с револьвером не вышло. И этот Джун… столько соперников, а я один! И так жалок… один богат, другой красив и строен, третий умен. А что же я? Компьютерный задрот с посаженным зрением, который испачкал себе руки в убийствах множества людей. Что ни делал – я не стал ей интересен, что подтвердило мою правоту о том, что я лишь в красной маске кто-то, а без неё – ничто».