— Понятия не имею, — с насмешкой опустился на меня Йесон. Я слышала, как бряцает пряжка его ремня, расстегиваясь. — у меня никогда не было девственниц…
Выпучив от изумления глаза, я не нашлась, что сказать. Всегда казавшийся таким опытным, сменившим одну жену на вторую, он никогда не спал с невинными девушками?! Однако в его глазах зажглось и не гасло что-то от того извращенца, которого я в нем порой замечала. Это… это было одновременно потерей чести и приобретением её — я была первая девственница у Йесона! Разведя шире ноги, я обхватила его ими. Господи, даже в этом черном костюме, не оголивший ни одного лишнего миллиметра, он был восхитительно желанен и сексуален. Каждый его поцелуй попадал в сердце, как стрела амура, каждое касание щекотало глубины женского естества. Губы мужчины тронули нежный участок между грудями и, почувствовав, как его член коснулся моих половых губ, я выгнула спину. Схватив меня за запястья, Йесон пригвоздил меня к кровати и, с силой давя вперед, начал рвать мою невинность. Стиснув зубы, хоть и была возбуждена почти до потери пульса, я ощутила грубую боль, портящую всю прелесть происходящего. Не желая кричать потому, что вдруг вспомнила о Красной маске, наблюдавшим за нами и подслушивающим всё, что говорилось не шепотом, я держалась, как могла, но сорвалась.
— А-а! — однако, я хотела довести дело до конца и сама подавалась навстречу Йесону, его мощному движению, вторгающемуся в моё лоно. Мужчина накрыл мой рот поцелуем, перевел его на щеки, глаза, успокаивая, гладя по волосам.
— Боже, не кричи так надрывно, ты не представляешь, как меня это заводит… — отодвинув бедра назад, он опять плавно повел их на штурм неприступной доныне крепости.
— Йесон! — выкрикнула я, опомнилась, хотела извиниться, запуталась, забылась и, тая под его умелыми фрикциями, пыталась высвободить свои руки, но было бесполезно. Сковав стальной хваткой, он вколачивался в меня, заставляя извиваться, терять голову. — Йесон…
Я никогда не знала, что секс с первой же попытки может доставить такое наслаждение. Боль отступила достаточно быстро и осталась только пульсация внутри меня. Приятное трение, тесно скользящее по впервые познавшим интимную связь стенкам. Йесон переполнял меня. Не знаю, что там с длинной — мне было некогда посмотреть и налюбоваться его членом, но диаметр у него, похоже, был что надо.
Зарычав, господин Ким вышел из меня и, оттолкнувшись руками, перекатился подальше. Приходя в себя, я ни сразу поняла, что он предусмотрительно прервался и кончил не в моё влагалище. Тряхнув головой, я скорее поднялась и стала поправлять одежду. Сдвигать обратно испачкавшиеся в крови трусики, одергивать юбку, искать колготки, застегивать блузку. Я каждую секунду ждала издевательских комментариев Красной маски, но он молчал, будто его и не было с нами.
Йесон вытащил белоснежный платок и вытирался, отвернувшись. Я достала из сумочки влажные салфетки и пыталась оттереть с ног следы своего знакомства со взрослой жизнью. Дверь в другом конце комнаты, не та, в которую я вошла, а за кроватью, загремела. Мы посмотрели в ту сторону. Мужчина тут же рванул к ней и, потянув, увидел, что она открылась. Обернувшись ко мне, он подал молчаливый знак. Едва успев натянуть колготки, я схватила сумочку и пальто в разные руки. Спеша за Йесоном, я побежала прочь из этих апартаментов, странным и плохим образом исполнившими мою мечту о том, чтобы мой замечательный начальник познакомил меня с радостью занятий любовью. Жаль, что любви я так и не увидела, всем существом понимая, что как бы он ни старался спасти меня и сделать всё, чтобы мне было хорошо, все его мысли, каждый атом его сердца и каждая частица его души были с ней. Его единственной.
Послевкусие
Выбежав из полузаброшенного здания, каким оно казалось с внешней стороны, мы с Йесоном попали в узкий переулок. На дороге стоял черный внедорожник моего начальника. Мы подошли к нему и увидели на капоте свои телефоны — у господина Кима мобильный тоже изъяли. Я посмотрела вокруг и, не найдя лучшего выхода, вытащила из кармана пальто сотовый ЁнГука и положила его на крышку мусорного бака рядом. Я не хотела думать о том, чтобы самой возвращать его каким бы то ни было образом.
Йесон снял машину с сигнализации, достав ключи, и мы залезли в салон. Я включила телефон трясущимися руками и онемевшими от переизбытка эмоций пальцами. Мне тут же начали приходить сообщения о том, что мне звонили Джун и ДонУн. Много-много раз. Я перезвонила Джуну, так как должна была сегодня приехать к нему, но было уже поздно, а меня всё не было. Он поднял тут же.