Подбежав к автомобилю, я увидела за стеклом, что в ней кто-то есть. Обежав её с водительской стороны, я разглядела внутри ХимЧана и взвизгнула от радости, застучав кулаком по окну. Первые секунды я испугалась из-за его неподвижности, что опоздала, и случилось страшное, но он пошевелился и, миг спустя, дверца открылась.
— ХимЧан! — чуть не прыгнула я ему на шею, но вовремя опомнилась. Сжав зубы и тяжело дыша, он держался за бок. Рука, лежавшая на нем, была в крови, как и одежда вокруг неё. — О, святые угодники!
Я аккуратно тронула его рукав. Нужно было везти его в больницу и спасать.
— А, это ты, ты в порядке? — слабо улыбнулся он и поморщился. — Я рад.
— Да черт со мной! Ты жив! — я обернулась к Джуну. — Он ранен, отвезем его в клинику?
— Нет-нет, не надо! — оживился ХимЧан, и я подумала, что это, должно быть, горячечный бред.
— Что значит не надо? Посмотри на себя! Ты хочешь истечь кровью? — губы мои всё ещё дрожали. Мне хотелось гладить его по волосам, усмирять его боль, приносить облегчение. Он чуть не умер из-за меня!
— Я не хочу попасть в тюрьму! — он увидел форму сопровождающих меня ребят и цокнул языком. — Черт, поздно, да? Сейчас меня скрутят.
Я хотела возразить — за что? Но не успела, потому что он приподнял вторую руку, в которой был тот самый нож, что он отобрал у меня. По самую рукоять он был в крови. Я закрыла рот ладонью и загородила его своей спиной от Джуна с СынХо. Да, видя характер его ран, в больнице захотят разобраться и позвонят в полицию. Я очень надеялась, что с той, которая пока при мне, я смогу договориться, а вот дополнительная нам не нужна.
— Но тебе нужна помощь! — всхлипывая, уговаривала его я.
— Отвезите меня домой. — попросил ХимЧан. — Мне туго перевязаться, и само заживет. Пожалуйста. Я ведь, кажется, грохнул человека…
Он опять горько усмехнулся, и тут же поморщился.
— Ты… убил… ТэЯна? — шепотом пробормотала я, ушам своим не веря.
— Ну… если он сможет жить без мужских отличительных органов, то не убил, — ХимЧан откинул голову назад. Лоб его вспотел. Он отомстил злодею, хоть одному, так, как и хотел! И чуть не погиб из-за ДжонХена. Я хотела выхватить нож у него из руки. Я готова была взять половину вины на себя, но парень отвел руку, не дав мне освободить её. — Отвезете меня?
Я повернулась к Джуну, стараясь сделать самый жалкий и располагающий на свете взгляд.
— Мы отвезем его домой? Он живет загородом. Ему нужна наша помощь!
— Мы не можем покинуть пост и, уж тем более, Сеул, — СынХо поправил фуражку. — и, вообще-то, мы должны его задержать до выяснения обстоятельств.
Я проигнорировала замечания, выданные мне. Я продолжала смотреть на Джуна, давя на милосердие и справедливость его натуры, служащей на благо родины.
— Езжай на наш квартал, — махнул он рукой напарнику. — прикрой меня, а я отвезу их на этой таратайке.
— Спасибо, спасибо! — заверещала я, помогая ХимЧану осторожно передвинуться на пассажирское сиденье. Джун помогал с другой стороны. СынХо попрощался с нами и уехал.
Забравшись снова на заднее сиденье, но уже другого транспорта, я, немного успокоившись, постаралась прийти в себя и расслабиться. Один оказался Красной маской, другого чуть не убили, Джун бескорыстно помогает мне в самых отчаянных ситуациях. Как много для одной ночи! Ещё не хватает ДонУна с новыми капиталовложениями, и закончить ночь в объятиях Йесона. Тогда жизнь бы удалась и все, абсолютно все проблемы были бы решены.
Я едва не задремала, от укачивающей долгой дороги, от усталости, от нервов, которые, в кои-то веки, выдали такую странность и, вместо бессонницы, убаюкали меня. Но скорее это было от реальной вымотанности и мечтаний о Йесоне, которыми я успокаивала себя и в которые погрузилась слишком глубоко.
Припарковавшись у домишки ХимЧана, мы с Джуном аккуратно вытащили его из салона и внесли в помещение. Парень требовал, чтобы его пустили идти самого, но бравада тут была ни к чему. Рана могла бы опять открыться, а пока она хотя бы поутихла, зажимаемая сильной рукой. Фактически донеся его до спальни, как хрупкое сокровище, мы уложили его на кровать. Я выдохнула, проведя рукой по лбу. Теперь всё должно быть нормально.
— У тебя есть аптечка, или из машины принести? — поинтересовалась я. Сухими побелевшими губами, ХимЧан признался, что вся медицинская канитель у него только в его верном пикапе. Он уже едва держал глаза открытыми, измученный за эту ночь. Решив его больше не беспокоить вопросами, я ушла во двор, за бинтами, пластырями, и всем, что могло пригодиться.
Джун остался присматривать за ним и помогать. Вернувшись, как можно быстрее, я подала ХимЧану бинт. Он уже снял одежду до пояса, пока меня не было, и теперь, придерживая рану, собирался перевязываться.