Жизнь продолжалась в обычном режиме: работа – дом и глобальные планы на будущее. По прошествии определенного времени Аулина с удивлением обнаружила некоторые изменения в своем организме. Обращение к специалисту подтвердило ее подозрения о беременности. Шок и растерянность! Она не находила удобоваримых вариантов выхода из этой ситуации. Чувствовала себя улиткой в плотном панцире, где зарождалась жизнь, не могла поведать об этом своим родным, друзьям и сотрудникам.
Ее глобальные планы рушились. Трудно было осознавать эту жестокую реальность. Что делать? Какой вариант выбрать: убить зарождающуюся жизнь или продолжить свою собственную с вечной кровавой раной?! Ей нужен был совет! И она его получила при очередном посещении гинеколога. Возможно, этой женщины – молодого специалиста уже нет в живых, но благодаря ее поддержке четко сформировалась однозначная мысль: быть сильной и нужной той девочке или тому мальчику, которая или который пока еще тихо и укромно развивались в чреве. В итоге судьба подарила Аулине двух дочек, рожденных в тяжелых муках. Это было еще одно испытание, которое они вместе преодолели.
Первая половина беременности протекала без особых патологий. Она часто вспоминала Вадима, ей снились какие-то обворожительные сны, но внутреннее чувство почему-то противилось набрать его номер телефона и поведать о своем уникальном положении. Однажды, оставив свои противоречия, она сделала этот звонок. Судя по его голосу, он рад был услышать ее.
Они говорили о многом: о ее успехах и неуспехах, о его командировке в Москву и новых проектах. В конце разговора он задал ей один вопрос: ты поправилась? Она опешила, растерялась и ответила: нет, я в обычной форме. Как будто кто свыше отдавал ей противоположную команду. Вадим просил встретиться с ним на следующий день, но она нашла какой-то предлог, чтобы оттянуть эту встречу. Даже сейчас не может себе объяснить то состояние отрицания действительности и жесткой правды, которые и предопределили все дальнейшие события.
Тот период жизни нельзя было назвать ни черной, ни белой полосой. Она просто жила в этой реальности, ожидая срока разрешения, и не строила никаких планов на будущее. Ее энергетический потенциал уже не имел шансов на полное восстановление, требовался диалог с близкими людьми. Было принято решение приехать к родителям на новый 1968 год (год рождения дочерей). И опять она не решилась сказать им о своей беременности и уезжала с тяжелым чувством какой-то обреченности и трагедии.
Вернувшись в Иркутск, продолжала работать, это было ее отдушиной. Дни были короткими, время летело незаметно. Свободное время проводила в библиотеке. Вадиму больше не звонила. Она была удивлена его внезапному появлению в общежитии. Увидев ее беременность, он был не менее шокирован и удивлен. Их диалог был тяжелым и натянутым. Вадим не был готов осознанно переварить случившееся.
– Почему ты мне не сказала о беременности? Мы бы вместе могли подумать и решить этот вопрос.
– Что ты имеешь в виду?
– Возможное прерывание беременности без риска для последующих беременностей. У меня хорошие связи.
– В любом случае не могло быть гарантий.
– Хорошо. Что случилось, то случилось. Но упущено время, ты не давала о себе знать почти год, у меня появилась женщина, с которой я намерен связать судьбу.
– Так зачем же ты меня нашел?
– Я хотел увидеть тебя и потом окончательно определиться. Я думал о тебе часто, я вспоминал наши встречи, и мое сердце сжималось от воспоминаний. Я часто задавал себе вопрос: почему именно ты поселилась в моем сердце? Ведь у меня было много женщин, но ни одна до определенного времени не была так эмоционально близка.
– Понятно. Но сейчас это эмоциональное состояние грозит быть оборванным. Я вижу, ты не готов к новому статусу. Свой путь я пройду сама. Будь счастлив.
– Мне очень жаль… Надеюсь, ты обретешь свое личное счастье.
О, какое замечательное пожелание… которому не суждено было случиться!