— Я побеседовала с патологоанатомом, который завершил аутопсию обеих жертв. Также у меня есть близкий друг — судебно-медицинский эксперт, с которым мы обсудили увечья на теле жертвы. Он сказал мне, что хирурги делают очень решительные, чистые разрезы сквозь слои кожной ткани с выверенным нажимом на инструмент, чтобы рассечь только ткани. Дилетант же, прорезая кожные покровы, не контролирует степень нажима на инструмент, требуемую для рассечения кожи, не говоря уже о разделении межпозвонковых дисков. При хирургических процедурах часто получаются пильчатые по краям разрезы вследствие повторных прохождений инструмента сквозь ткани. Это известно как «поэтапная лапароскопия» — постепенное проникновение сквозь кожные покровы. Но когда при этом ножом орудует дилетант, рана получается такой, будто ее скоблили. Далее, именно профессионал разрезает кожу под углом к горизонтали, и потому один конец раны получается чуть вдавленный, а другой — выпирающий. Кроме того, мой знакомый эксперт предположил, что убийца достаточно образован, чтобы не пытаться рассечь кости поясничного отдела, и достаточно опытен, чтобы определить междисковые промежутки и перерезать их. Чтобы разделить позвоночные связки и толстые паравертебральные мышцы, требуются серьезные навыки и очень острый инструмент. Дилетант при этом, несомненно, наделает зазубрин.
Она закрыла блокнот.
— Еще мой знакомый выразил абсолютную уверенность, что надо быть профессиональным хирургом, чтобы иметь возможность продолжать пытки, не допуская преждевременной смерти жертвы. Ваш подозреваемый — квалифицированный хирург, и вследствие этого он, на мой взгляд, вполне вероятный убийца. Без сомнения, он ведет себя жестоко по отношению к своему сыну Эдварду, как в свое время его отец относился к нему. Бывшая жена и дочери от него далеко, а потому отправляйтесь в первую очередь к ним. Это выведет его из равновесия, поскольку он не способен контролировать их показания. Тот факт, что он не будет знать, о чем вам поведали, возможно, толкнет его к вам в руки. И снова я должна предостеречь вас: будьте крайне осторожны с этим субъектом. Он много времени потратил на то, чтобы спланировать убийство Красной Орхидеи, даже придумал ей это прозвище для прессы. По делу Черной Орхидеи так никто и не был арестован, а потому он станет очень старательно заметать следы, как и тот убийца-прототип. Его одержимость убийством Элизабет Шорт словно руководит им. Он верит, что его никогда не арестуют, не подвергнут суду, потому что ассоциирует себя с тем убийцей. Я бы посоветовала вам позволить преступнику думать, что ему удалось скрыться, в то время как вы будете маневрировать за его спиной. Я знаю, у вас недостаточно улик, чтобы арестовать его. И в то же время не выпускайте этого человека из виду, потому что, думаю, он замышляет новое убийство.
Следственная бригада хранила молчание. Профессор Марш спросила, есть ли у кого вопросы. Ленгтон сообщил ей, что они готовятся к процедуре опознания, и спросил, что она об этом думает. Она кивнула на прикрепленные к стенду материалы дела:
— Что ж, если его опознает домовладелица, это будет означать, что его поймали на лжи. Но ведь она никогда не видела ясно его лица.
— Она описала его кольцо с печаткой, — заметил Ленгтон.
— Знаю, но так много мужчин его круга носят подобные кольца, — пожала она плечами.
Совещание завершилось, и профессор Марш отправилась в кабинет Ленгтона. Ее речь взволновала всех без исключения детективов. Она была абсолютно уверена в том, что Чарльз Виккенгем и есть убийца. И если у них еще имелись какие-то сомнения на этот счет — она других вариантов даже не предполагала. Это воодушевило следственную бригаду, ибо так долго длившаяся охота наконец пошла полным ходом, сосредоточившись на том человеке, в котором теперь все подозревали убийцу.
За домовладелицей послали машину с тем расчетом, чтобы ее доставили в участок к двум часам пополудни. В то же время связались по телефону с Виккенгемом, и он изъявил согласие присутствовать на опознании. За ним тоже отправили авто, хотя он и предложил приехать своим ходом и даже не потребовал присутствия адвоката. Его попросили надеть длинное темное пальто, а ежели у него такого нет, обещали ему эту одежду предоставить.
В час сорок пять Ленгтон в сопровождении Анны и Льюиса прибыл к специально обустроенному для процедур опознания помещению с двумя прозрачными двухсторонними окнами для полицейских, наблюдающих действо, и большим односторонним окном для свидетелей, которые проходили вдоль него, обозревая представленных для опознания девять человек. Не участвующему в расследовании офицеру предстояло хорошенько проинструктировать миссис Дженкинс. Ленгтону и его группе не полагалось что-либо обсуждать с ней.